-  Разве вы не слышали, как оно шуршит? - зашептал Бобер. - Такой звук характерный... Будто... Будто там бумагу по земле волочат... Или... Ну, или приемник настраивают... А тогда днем они за столбами стояли... Ну, помните - каменные такие столбы... Их Листер еще «пальцами» называет. Прямо перед той норой, в которой мы залегли... Там - за столбами этими - там были тени... Понимаете, сами они от нас прятались, но тени... Тени от них ложились на землю...

    -  Знаете, Микис, тени от диких камней могут порой принимать, м-м... весьма причудливые формы... - возразил Анатолий, ощущая внутренне неприятный холодок.

    -  Они... Они двигались, эти тени! - зашипел Палладини.

    -  Боже мой! - вздохнул Смольский. - Ну и что, что двигались? Ну ящерицы какие-то... Неразумные твари... Я сам видел пару каких-то, гм, попрыгунчиков... И опять же - птички...

    Бобер энергично замахал на него руками.

    -  Неразумные твари никогда не делают таких вещей, господин писатель! Неразумные твари не прячутся за скалами, чтобы подсматривать! И они не могут нас окликать!

    -  Но нас никто и не окликает... - недоуменно возразил Анатолий.

    -  Вас, может быть, никто и не окликает, - с ядом в голосе сообщил ему Микис. - А я... Мы несколько раз проходили мимо... мимо таких мест, когда кто-то - не знаю кто - окликал нас. Даже не окликал - молил остановиться и... И что-то такое для него сделать... Помочь, быть может... Взять с собой...

    Анатолию стало совсем не по себе. Если господину предпринимателю «сорвало крышу», то из простой обузы для отряда он превращался в обузу в квадрате.

    -  Так вы слышите голоса, Микис? - осторожно спросил он. - Голоса, которых не слышу ни я, ни...

    -  Да не голоса, господин писатель, не голоса! - взвился Палладини. - Чувство! Понимаете, чувство! Ощущение... А у Микиса Палладини не бывает таких ощущений, которые подводят, обманывают! Я, видите ли, с Террамото. Родился там. И там, если ты как-нибудь решишь не поверить своим ощущениям, то уже через три секунды можешь оказаться под четырьмя метрами завалов, и спасатели только через неделю доберутся до твоих костей!

    Он ошалело покрутил головой, словно ему тесен стал воротник комбинезона, и вперился выпученными глазами в переносицу Смольского.

    -  Вы можете считать меня умалишенным, но я хочу, чтобы этот тип, который нас втравил во все эти похождения, чтобы капитан Джордж Листер знал, что я думаю обо всем этом!

    Тем временем что-то - какая-то неясная тревога тронула и шагавших далеко впереди кэпа и Кирилла. Они остановились и повернулись к приотставшим спутникам. Кэп был хмур и явно недоволен темпами продвижения своего отряда. Кирилл был замкнут - он переваривал то, что довелось ему узнать в последние дни и часы.

    * * *

    -  Вас волновала судьба ваших попутчиков, следователь...

    Агент на контракте принялся разворачивать на каменном столике, придвинутом к дивану, распечатку спутниковой съемки участка какой-то непривлекательной местности.

    -  Что бы там ни произошло на борту «Ганимеда», - Ким бросил короткий взгляд на собеседника, - сам корабль уцелел. Был поврежден и сгорел спасательный бот. Из пятерки экипажа спасавшихся в индивидуальных капсулах, кроме вас, найдены двое. Один из них живым до поверхности не долетел - бортовой врач.