Девица в тулупе оценивающе приподняла бровь и представилась:

    -  Дурная Трава. Это здесь мое имя - Дурная Трава.

    -  А ты своего чудика где видела? - живо поинтересовался у нее Рога. - В каком месте?

    -  В плохом, - поморщилась Дурная Трава. - Прямо на границе Путаной земли он на меня из тумана и выпер... Отослала его в лес - там, ниже, у речки, но он, видно, не послушался. Сгинул. Сдается мне, что его прямиком туда и понесло... На самую Ловушку.

    -  Похоже, у них тут слет какой-то, - хрипловатым голосом сказал тип, подошедший первым.

    -  И ранарари с катушек слетели - каждую ночь плато авиацией утюжат, - продолжил он. - Что, впрочем, неудивительно, если принять во внимание эту историю со сбесившимся корабликом...

    -  Это какую такую историю? - насторожился Рога. - Да вы знакомьтесь. Это - Картежник. А это Бобер. Считайте - наш новый наводчик. В ранге ученика пока что. Проверку прошел, считай, у меня на глазах. Прошу любить и жаловать.

    -  В миру я - Штучка, - мрачно отрекомендовался Картежник. - Йозеф Штучка. Здесь вовсе не обязательно называть друг друга по кличкам... Так что, если у вас нет на то особых причин, мистер...

    -  Алоиз Бибер к вашим услугам, - отрекомендовался Микис. - И у меня нет оснований скрывать свое имя... И я еще не давал своего согласия на участие в вашем бизнесе, господа...

    Слова его, впрочем, не возымели особого действия. Похоже, что на них никто просто не обратил ни малейшего внимания.

    -  Последнее, что я о тебе слышал, - повернулся Штучка к Роге, - так это то, что тебя позапрошлой ночью сцапали «стервятники»... Получается, что мои сведения устарели?

    -  Получается, - с ухмылкой подтвердил Рога. - Позапрошлой ночью господа «стервятники» и вправду меня сцапали, а прошлой - сами попались. Под воздушный патруль. Как раз на переходе - от Заброшенных карьеров к нижним речкам. Ну и патруль, как водится, сразу жахнул по нам «голубой дурью»... Но, как ты знаешь, Рога Петрович никогда не расстается с «желтым порохом»...

    -  Так вы оба наглотались этой дряни? - с пониманием покачал головой Штучка. - То-то вид у вас - краше в гроб кладут...

    -  Я думаю, что у господ «стервятников» сейчас вид еще хуже, - мрачно заметил Рога. - Кстати, там были еще четверо наших - Желтый Чан и двое каких-то... Не знаю я их. Но, - тут Рога с преувеличенным разочарованием развел руками, на которых все еще болтались браслеты наручников, - «пороху» им не досталось. Четвертым был Доминго - тот, что работал с Греком... Ему перепало немного, но в дороге - отстал. Сейчас где-нибудь бродит дурной... Если его снова не сцапали.

    -  Или если не загнулся... - вставила Дурная Трава. - Ладно, здесь всяк сам за себя...

    -  Вот что, - Рога отмахнулся от малоприятного разговора. - Инструмент у вас, ребята, с собой? Помогите-ка от этих украшений избавиться, - он тряхнул обрывками цепей. - А потом отступим к лесу и перекемарим до ночи. Сдается мне, что если не в эту ночь, так в следующую урожай будет неплохой...

    И тут - именно после этих слов Роги - странное чувство охватило Микиса, чувство, пришедшее из того, так им и не понятого сна, который все еще владел им и вел его какими-то своими зыбкими тропами.

    -  Послушайте! - заговорил он торопливо и как мог убедительно.