-  Я арендую грузовой кар-контейнеровоз - для доставки наших с вами «грузов» - того и другого - к терминалу. Вот его номер - запомните, - Листер набросал на бумажной салфетке несколько букв и цифр. - Я буду ждать вас прямо в нем на стоянке у кемпинга «Грассфилд». Кстати, если хотите, я позабочусь о вашем багаже, чтобы вам снова не светиться у моей машины. Если вы, конечно, не против...

    -  Вы очень любезны...

    Кай доверил свой оставшийся в багажнике кара баул кэпу Листеру с легкой душой. Если в нем и пороются, то ничего предосудительного не найдут. Если от операции придется отказаться, то пусть оставят его себе на память. Лишние хлопоты были ему ни к чему.

    -  Встретимся в три пополудни, как вы этого и хотите. Советую вам не называть себя настоящим именем - тем, которое известно Биберу. И мне. Как я уже сказал, скорее всего бедняга отдал богу душу, так вас и не выдав, но... Береженого бог бережет... А теперь, - он смял салфетку и сунул ее в карман, убедившись, что Крюгер запечатлел номер грузовика в памяти, - я ухожу, как и пришел, через черный ход. А вы еще немного подождите и...

    Он поднялся и, энергично кивнув, покинул кабинет.

    Оставшись один, федеральный следователь недолго предавался пустым размышлениям. Врубив кодированный канал своего блока связи, он отстучал на клавиатуре краткое сообщение о положении дел - для подполковника Дель Рея. В конце рапорта он напомнил соруководителю операции, что право принимать решение о продолжении внедрения остается в сложившейся ситуации за самим внедряемым и решение это будет принято на месте действия. Убедившись, что письмо ушло к адресату, он уже не так торопливо, стараясь как можно более тщательно сформулировать мысли, отправил несколько запросов в закрытые информационные сети управления и военной разведки. Покончив с этим, он вернул блок связи в укрепленный на поясе подсумок, оставил на столе чаевые и, неодобрительно посмотрев напоследок на чашку с изображавшей собой кофе бурдой, вышел в лабиринт, ведущий к выходу в неприветливый город.

    * * *

    Довольно далеко от «Пятого угла» в тот же неприветливый город вышел совсем другой человек. В отличие от федерального следователя он не остался незамеченным.

    -  Вот он вишел, - проговорил с чудовищным кавказским акцентом в микрофон восточного вида тип, кемаривший в кабине кара, неприметно приткнувшегося на противоположной фирме «Риалти» стороне улицы. - Выд у него обалдэлый. Стоит, думает. Следовать за ним или?..

    -  Ты уверен, что это он? - осведомился хрипловатый голос в наушнике. - Включи «эхо».

    Тип в каре щелкнул клавишей приборчика, лежавшего рядом с ним на сиденье. Приборчик испустил ноющий звук и замигал красной точкой фотодиода.

    -  Есть эхо, - удовлетворенно сообщил тип.

    -  Ты уверен, что это именно он? - настаивал шеф.

    -  Теперь уверен, - твердо ответил наблюдатель. - Кто другой прямо направился бы по делу. А этот - кружил по таким местам, куда даже я, шеф, заходить не решаюсь - честное слово. Машину менял тыри раза. Сбивал сылед. Точно, он. Так... Он тронулся вниз, по Мюллер-лейн... Продолжаю вести...

    -  Хрена его водить, - определил голос шефа в наушнике. - Брать его надо. Только один не лезь. Тип, видно, ушлый. Пока кати за ним - потихонечку, по рокадам, а я сейчас тебе Рыжего подошлю. Тогда - вдвоем - действуйте побыстрее и не хлопайте ушами...

    -  Ясно, - отозвался наблюдатель и осторожно тронул кар.