Тут Эйдан откашлялся и наконец заговорил:

— Полагаю, что Джуд Бертран — прекрасный выход из положения. Джуд настоящий джентльмен и мой хороший друг. Иначе я не позволил бы ему сделать это предложение.

— Но он выглядит так… словно его только что вытащили из кузницы! — закричала Марисса.

— Как тебе не стыдно, сестра? — строго сказал Эйдан, и Марисса увидела в его взгляде презрение. — Ты говоришь сейчас как глупая избалованная девчонка! Джуд — благородный и достойный человек. И он предложил решить проблему, которую ты создала из-за своего легкомыслия! Тебе следовало бы отнестись к нему хотя бы с элементарной благодарностью. А ты ведешь себя как капризный ребенок.

Марисса снова всхлипнула.

— Но я даже не знаю его…

Эйдан пристально посмотрел ей в глаза:

— Тебе следует знать о нем самое главное: он умный и очень порядочный человек. Я никогда не видел, чтобы он дурно обращался с женщиной. И он хочет жениться на тебе. К тому же он готов принять ребенка другого мужчины, если ребенок вдруг появится.

— Но он… — Марисса в отчаянии всплеснула руками. — Если так, то он, должно быть, совершенно лишен гордости. Вероятно, он хочет… как-то выдвинуться с помощью выгодной женитьбы!

Эдвард скрестил на груди руки.

— Марисса Анна Йорк, ты забываешься! — закричал барон. — Нужно ли объяснять тебе, каких гадостей наговорят о тебе, если станет известно о случившемся? Так что твое презрительное отношение к этому человеку совершенно неуместно.

Марисса потупилась и прошептала:

— Ах, простите меня, пожалуйста. Наверное, он очень хороший человек. Просто я… — Она умолкла, утирая слезы.

— Если же для тебя столь важным является его положение в обществе, — проговорил Эйдан, — то ты должна знать: Джуд Бертран — побочный сын герцога Уинтропа. Причем отец его признал. Следовательно, женитьба на тебе не может считаться для него таким уж выгодным браком.

Марисса еще больше смутилась. А Эйдан, нахмурившись, продолжал:

— И не забывай, дорогая, что ты уже не ребенок. Ты выйдешь замуж за Джуда — или же тебе придется стать женой Питера Уайта. Но мистер Уайт вряд ли станет хорошим мужем. Особенно в том случае, если у него будет перерезано горло, — добавил брат с усмешкой.

— Но, Эйдан… — Она прикоснулась к его плечу. — Ведь это несправедливо. Не дай Бог, чтобы тебе пришлось жениться на девушке, которая…

Марисса густо покраснела и снова потупилась.

Эйдан вздохнул и тихо сказал:

— Жизнь часто несправедлива, сестренка. Но Джуд — очень хороший человек. Иначе я бы не пошел на это. Ты веришь мне?

Марисса молча кивнула. А брат вдруг обнял ее и поцеловал в щеку. Марисса хотела прильнуть к нему, но он тут же отстранился и отступил на шаг. И по грусти, появившейся в глазах Эйдана, было видно, что его взгляд обратился в прошлое.

— Прости меня, — прошептала Марисса.

Резко развернувшись, Эйдан молча вышел из комнаты. Вполне вероятно, что сейчас он собирался предпринять одну из своих долгих верховых прогулок — прогулки эти обычно длились часами. Друзья называли его переживания «необыкновенно романтическими», но Марисса так не считала. И она очень сочувствовала брату.

Какое-то время все молчали. Наконец вдовствующая баронесса с дрожью в голосе проговорила:

— Знаете, а я согласна с Мариссой. Мне кажется, что этот мистер Бертран… обладает пугающей внешностью.