— Ваша работа?

— Что? — Славик посмотрел на экран. Миловидная дикторша рассказывала о прекрасном чае и о погоде на завтра. — Ты про что?

— Сам знаешь, про что, — бесцветно ответил Рашид. — Банк вы грабили? Славик замялся. Рашид относился к нему хорошо. Всегда разговаривал открыто, хотя иногда резко. Врать ему Славик не хотел, но и правду выкладывать не торопился.

— Какой банк?

— Слушай, — в голосе Рашида резко обозначилась угроза. — Ты мне не п…и, понял? Я тебе не Дима, понял? Спрашиваю — отвечай, а то шея сверну, как тот курица. Он отвернулся, вперился немигающим взглядом в телевизор.

— Откуда ты знаешь про банк?

— Откуда я знаю? — Рашид усмехнулся. — Слава, я думал, ты — дурак. Теперь не думаю. Ты не дурак, Слава. Ты — ишак глупый. Ты поня-ал? У тебя мозги, как у верблюда! Ваши фотографии уже два раза по телевизору передавали. Не можешь делать хорошо — не делай! — Лицо его пошло красными пятнами. Он вскочил, как будто собирался броситься в драку. — Вы эта пилят зачем с собой тащил, а? — Когда Рашид злился, его акцент хоронил под собой и без того не бриллиантовую русскую речь. — Девочка хотелось? Ишаки! На весь телевизор — твой морда, Артем морда и эта пилят.

— В какой передаче? — быстро спросил Славик.

— Слава. Что ты за дурак такой, Слава? Славик набычился, побледнел.

— Я обещал отдать тебе деньги за пистолеты? Обещал. Отдал? Отдал. Чего еще ты от меня хочешь? Учить будешь, как банки грабить? Так ты сам ни одного еще не ограбил. Рашид посмотрел на него не то с удивлением, не то с презрением, выдохнул через стиснутые зубы долгое «с-с-с-с-с», опустился на кровать. От только что бушевавшего урагана эмоций не осталось и легкого ветерка. Рашид вновь был идеально спокоен.

— Пошел вон, — махнул он рукой. — Ты заплатил. Это хорошо. Теперь пошел вон. Больше не приходи. Я с ишаками дел не веду. Все. Диме скажи: время идет. — Слава собрался было еще что-то сказать, но Рашид поднял руку и громко повторил: — Иди, Слава! И тотчас же Славику на плечо легла тяжелая рука «чиграша». Славик обернулся, буркнул:

— Слышь, ты руку-то убери. Телохранитель, улыбаясь почти беспечно, чуть сжал пальцы, и Славик не утерпел, охнул от боли. «Чиграш» повернул его к двери и легким толчком отправил в коридор. От этого толчка Славик чуть не влип физиономией в крашеную дверь сортира. Известие о показанных по телевизору портретах его ничуть не обрадовало, хотя и не особенно встревожило. Портреты? Ну и что? Кто на них смотрит? Ни один из них не отличался выдающейся внешностью. Ладно, Артем — рыжий. Ну так мало ли в Москве рыжих? Завались. Если каждого проверять будут, сто лет уйдет. Опять же, портреты еще не означают, что ментам удалось взять след. Рашид мог просто выстроить логическую цепочку. Пистолеты, банк, деньги. Хорошо бы передачу повторили, подумал Славик, шагая по коридору. Посмотреть хоть. Может, и не похожи еще портреты. Кто знает, тому похожи, а остальным… Он толкнул дверь в комнату. Артем пил свое обязательное молоко. Димка еще спал. Милка пыталась замазать Костиковы синяки при помощи косметики.

— Ты лучше малярную кисть возьми, — проворчал Славик, подсаживаясь к столу. — Быстрее будет. Костик скосил на него здоровый глаз.

— Отдал?

— Отдал, — кивнул Славик и вздохнул. — Рашид сказал, наши физиономии вчера по телевизору показывали. Мою, твою, — Артему, — и твою, — это уже Милке. — Гордись, — добавил он.