— Здесь десять, — жестко сказала девушка. — Остальные три завтра. В два часа. Здесь же.

— Анечка, солнышко, ты же знаешь, я весь день в бегах. Кручусь, как белка на лесоповале, — Евгений все время улыбался. — В два никак не получится. Давай хотя бы в это же время?

— Завтра в это же время мы будем далеко. Так что, если хочешь получить свои три штуки, приедешь. Все. Разговор закончен.

— Постой, — остановил Анну Евгений. — А денежки-то проверить? Деньги — они, знаешь, счет любят. Анна посмотрела на него, наклонив голову к плечу. Евгений принялся извлекать пачки из пакета, вытаскивать по одной-две купюры из середины и смотреть на свет.

— Рубли, — разочарованно протянул он. — Вообще-то я давал в долларах. Ну ладно… Порядок, — Евгений сунул деньги в отделение для перчаток, кивнул на Славика с Артемом. — А этих-то зачем притащили? Не доверяете, что ль?

— Нет, — серьезно ответила Анна.

— Ну-ну, — Евгений криво усмехнулся. — Значит, завтра в два? Он дернул рукоять коробки передач, нажал на газ. «Девятка», заложив резкий вираж и проскочив в паре сантиметров от Артема со Славиком, свернула на Брестскую. Костик проводил ее взглядом, спросил, не поворачивая головы:

— Думаешь, он нас сдаст?

— Сдаст, — кивнула Анна. — Вот если бы мы принесли ему пять штук, он бы еще подумал. Побоялся бы потерять деньги, если нас убьют раньше, чем мы успеем отдать вторую часть долга. А теперь сдаст и не поморщится. На губах девушки появилась жесткая улыбка. В это время в салоне «девятки» Евгений посмотрел в зеркальце заднего вида и процедил:

— Сука.

— Что, Седой? — расплылся на заднем сиденье приятель. — Обломили?

— Посмотрим еще, кто кого обломит, — удерживая руль одной рукой, Евгений достал из кармана телефон, набрал номер. — Георгия Андреевича Конякина, пожалуйста. Георгий Андреевич? Это Евгений, приятель Анны Борисовой. Вы звонили мне вчера, просили связаться с вами, если она вдруг объявится, и даже обещали заплатить за ин… Да, объявилась. Мы должны встретиться с ней завтра, в два часа дня. Нет, приедет обязательно. Вы же ее знаете. Кстати, если вам это интересно, вечером ни Анны, ни ее брата, ни их друзей уже не будет в Москве. Да, обязательно заеду. В десять? Да, смогу. Конечно. Обязательно буду. Всего доброго, Георгий Андреевич. — Евгений закрыл телефон, бросил на соседнее сиденье, улыбнулся и не без торжества сказал: — Завтра в десять он ждет меня в своем офисе. Вот такие пироги. Накачанный охранник загоготал.

Тяглов собирался спать. Никогда еще он не чувствовал себя настолько спокойно, как сегодня. Потому что именно сегодня его карьера подошла к благополучному завершению. Завтра с утра он подаст заявление об увольнении. Еще две недели — и перед ним все дороги мира. Впрочем, даже в этой стране можно неплохо устроиться с полумиллионом долларов. Последнее место работы и вовсе оказалось конфеткой. Этот молоденький дурачок Костя Борисов сам загнал себя в ловушку. Нет, Тяглов не сомневался, что его слова вызовут у юноши нужную реакцию, но что тот поступит настолько опрометчиво… Об этом Тяглов не мог даже мечтать. Борисов выкопал себе могилу своими же собственными руками. Степан Михайлович аккуратно сложил брюки и повесил их на спинку стула. Стрелочка к стрелочке. Тщательно начищенные ботинки стояли в прихожей. Свежая сорочка и галстук пока еще висели в шкафу. Натянув пижамные штаны и халат, Степан Михайлович умылся и почистил зубы. Погасив свет в ванной, проверил, отключен ли газ в кухне, открыл форточку.