– Сражайтесь! Сражайтесь!

К крикам присоединился глухой стук сапог по металлическому полу. Я посмотрела на арену – туда вытолкнули мужчину в сером комбинезоне и того, с кем я встретилась утром, быка-оборотня Родригеса, который был в три раза больше человека в серой форме.

Родригес хлопнул себя по бочкообразной груди. Он вздернул нос, когда толпа зааплодировала ему – он купался во внимании, и ему нравилось это.

Толпа завопила еще громче. Даже со своего места я видела, что человек дрожит. Пока он обыскивал взглядом арену в поисках оружия, мочился в штаны. Родригес повернул голову, и над ней замерцал ореол быка.

– Боже. – Я поднесла руку ко рту. Эта мощная, маниакальная энергия, исходящая от Родригеса, сотрясала меня. – Думала, здесь нет магии.

– Нет, – прокричал Тэд мне в ухо, – но это не мешает их сущности проявляться. В глубине души они больше звери.

– Человек уже в невыгодном положении. У него нет шансов.

– Именно. – Рядом появилась женщина, толкнув меня в плечо, ее темно-синие глаза обратились ко мне, на губах заиграла злобная улыбка. – Убивайте заключенных, особенно людей, и развлекайте толпу. Идеальный способ снизить численность населения. Добро пожаловать на гладиаторские игры Халалхаза. Заходят двое, выходит один.

Арена напоминала ту, которую я видела на картинках старого Колизея в Риме. Трибуны окружали грязную яму, где люди и животные сражались насмерть.

– Фейри всегда сражаются с людьми? Не поэтому ли их так мало осталось?

– Не всегда. Здесь выживают наиболее приспособленные. Как правило, люди проигрывают. Первый бой обычно проводят между новым фейри и человеком или между людьми. Но победивший сражается с победителем прошлого боя. Побеждаешь – живешь, и не важно, фейри или человек. – Демоница пожала плечами. – Но как я сказала, люди умирают первыми. С тех пор, как я здесь, ни один человек не продержался долго. Потому что фейри сильнее, быстрее и их труднее убить. У людей нет никаких шансов.

– Что привело тебя в трущобы к друиду и человеку, Кек? – спросил Тэд, его внимание было приковано к сражению внизу.

«Кек» на древневенгерском означает «голубой». Ее волосы были этого цвета.

– День благотворительности. – Она пожала плечами и обратила взор на группу демонов ближе к середине трибун. Их красная форма напоминала море крови. Почему она не с ними? Чего добивалась? Не нужно быть гением, чтобы понять – никому нельзя верить. Каждый стремится к своему. К тому же эта девушка чертовски сексуальна. Приятно иметь здесь усладу для глаз.

Почти все фейри были раскованны, они не ограничивали себя в выборе партнера, но все же имели предпочтения. С такими в своем окружении я не сталкивалась. В моем мире люди были стойкими в отношении секса и сексуальности.

– Или, возможно, ты никому не нравишься. Даже своим сородичам, – спокойно ответил Тэд.

– Я нравлюсь им так же, как и ты, старик, – фыркнула она, – меня называют Кек. – Она перекинула косу на другое плечо.

– Лора.

Кек расхохоталась.

– Конечно. Лора.

– О чем ты?

– Прекрасное имя. Но тебе не подходит.

– А Кек, значит, звучит хорошо?

Настала очередь Тэда усмехнуться.

– Туше́.

– Хорошо, человек. – С признательностью она посмотрела на меня. – Можешь поиграть. Мне это нравится.

Звякнул колокольчик, возвращая мое внимание к яме. Человек метался, его охватила паника. Нас быстро научили отбрасывать панику в академии, в первый же день нас поставили в неловкое положение.