– Уорик, мы любим тебя, – закричала женщина.

На секунду взгляд Уорика метнулся к трибунам и остановился на мне. Или мне так показалось. Я знала, вариантов нет, в его глазах цвета морской волны горел огонь, и он прорвался взглядом сквозь толпу, чтобы найти меня.

Я увидела, что гигант потянулся за палкой, которую Родригес оставил на земле, все еще покрытую кровью, и направил на своего врага.

«Сзади!»

На секунду мне показалось, что я находилась вместе с Уориком в яме, крича ему это в ухо. Но в следующий миг все исчезло.

Уорик обернулся, словно что-то услышал, но недостаточно быстро. «Копье» глубоко вошло ему в бедро.

Он дернулся, но не издал ни звука, мышцы напряглись, когда он вырвал палку из своей ноги и отбросил в сторону. От боли гигант рычал на Уорика, слюна стекала по его подбородку.

Волк в ярости опустил голову, расправил плечи, закончив играть.

Гигант прыгнул на него – мужчина упал, ударившись рукой о колени. С криком зверь опрокинулся, на его лице отразились паника и боль, когда он рухнул на землю. Грязь брызнула в стороны, словно взорвалась бомба, воздух уплотнился.

Уорик запрыгнул гиганту на спину и обхватил руками и ногами его толстую шею.

Крики и радостные возгласы прокатились по трибунам.

– Крови! Крови!

Гигант перекатился, пытаясь отбиться от захвата, яростно дергаясь и катая Волка по грязи, оставляя на его лице глубокие порезы. По виску Уорика потекла кровь, но, подобно удаву, он лишь усилил свой захват. Он сжал челюсти в попытке удержать массивного противника на месте.

– Уорик! – скандировала толпа.

Тело гиганта дернулось и пошатнулось, когда Фаркас еще сильнее сжал его горло, раздавив трахею и свернув шею. Тело монстра мгновенно обмякло. Уорик удерживал захват еще несколько секунд, а потом выскользнул из-под гиганта.

Толпа сошла с ума: прыгала, кричала, скандировала его имя и хлопала в ладоши. Уорик встал, вытирая кровь с лица рукой. Он поднял глаза, и я клянусь, что он снова посмотрел на меня. Его тревожный взгляд всматривался в трибуны. Казалось, он мог раздвинуть толпу и приземлиться в точности на меня, вырвав из моих легких кислород.

Уорик отвел глаза, развернулся и покинул арену той же ленивой и дерзкой походкой, какой и вошел. В то время как Родригес питался эмоциями толпы, Уорик игнорировал ее. Поэтому его и любили.

Четверо охранников стали оттаскивать мертвого гиганта, изо всех сил пытаясь сдвинуть его с места. Именно в этот момент я осознала, что Уорик не воспользовался оружием, убив монстра голыми руками. Окровавленное сломанное копье все еще лежало там, где он его бросил.

Он никогда в этом не нуждался.

– Ух ты, – пробормотал я себе под нос в полном благоговении перед этим человеком.

– Я же говорил.

Кряхтя, Тэд медленно повернулся ко мне. Его спина согнулась еще сильнее, рука легла на бедро. От старика веяло болью.

– Ты должна была это увидеть сама.

– Да.

Я вздохнула. Никто не смог бы описать эту сцену, передать оглушительные звуки, запахи и неистовую энергию. Натиск эмоций, волнующих и изнуряющих, оставил после себя тяжелый след.

Прозвенел колокол, по сравнению с воплями вокруг меня в течение последнего часа звук был тихим.

– Комендантский час. – Тэд наклонил голову, услышав звон. – Лучше иди в свою камеру. Тебе не нужна больше плеть. – Он указал на синяки на моем лице, свидетельства моего избиения.

Вместе с Кек мы покинули арену.

– До завтра, ягненок, – подмигнула мне Кек и вместе с толпой направилась вниз по коридору.

– Спокойной ночи.

Тэд заковылял в другом направлении, затерявшись в толпе.