Зимин и не заметил, как опустился на колени. Руки и все тело его были залито кровью - в равной степени собачьей и человечьей. Его ощутимо покачивало, голову нещадно кружило.

- За что пса сгубил, придурок?

Стас кое-как приподнял голову, не сразу рассмотрел стоящего напротив Атамана.

- Ты обещал меня отпустить. - Хрипло выдохнул он. - Держи слово!…

- Заблуждение, - Атаман покачал головой. - Я обещал тебе жизнь, но не свободу. И потом, если ты помнишь, кто-то хотел помериться силой и со мной? Если хочешь, я готов.

- Трус! - словно плевок выплюнул Стас, и в ту же секунду Атаман «выстрелил» рукой. Это был не удар «копья» и не удар «дракона», - всего-навсего «поцелуй кобры». Потому Зимин и не умер, потеряв не жизнь, а всего-навсего сознание.

Глава 15

Сегодняшнее чудо совершилось ровно в два хода. Сначала Гринева подобрал на дороге крутобокий джип, а спустя всего полтора часа он уже сидел перед дежурящим по «Кандагару» Гришей Росомахой и с наслаждением жевал маковую выпечку секретарши Леночки. Сердобольный Гриша предложил ему еще и коньячку, но, верный своим принципам, Василий ограничился печеньем, запивая его ароматным кофе. Супруги, подобравшие Гринева на дороге, также успели его угостить, но кофе друзей да еще с домашней выпечкой был, без сомнения, лучше. Утро успело залить окна бледным рассветным молоком, и народ, поднятый с постелей звонками Григория, спешно съезжался к офису. Первым прилетел Юрик Пусвацет, сразу за ним явились директор «Кандагара» Дмитрий Харитонов, Серега Маркелов и Тимофей Лосев. Самыми последними прибыли опухшие от сна Маратик с Мишаней. Оба основательно недоспали и примчались, даже не успев толком умыться. Тем не менее, мобилизация была проведена в завидные сроки. Фактически контора собралась в полном составе, если не считать Леночку, которую беспокоить не стали, и Никиту, паренька, принятого на работу в «Кандагар» сравнительно недавно. Новоиспеченный сотрудник догуливал последние свободные деньки на родной харьковщине, и, верно, так оно было лучше. Всего месяц, как Никита демобилизовался из вооруженных сил, успев побывать в Чечне и Ингушетии, и бросать парнишку без надлежащей подготовки из огня да в полымя Харитонову не очень хотелось.

Как бы то ни было, но Гринева здесь знали практически все, а потому лишней дипломатии разводить не стали. По просьбе Дмитрия, Василий продолжил свое невеселое повествование, временами уточняя на бумаге схему лесного лагеря. Выходило у него не слишком художественно, но общее представление о деревушке получить все-таки было можно. Все вновь подъезжающие молча рассаживались вокруг стола, пытаясь сходу подключиться к теме.

- Значит, Стас остался в зиндане?

Гринев коротко кивнул, отдуваясь, отложил в сторону надкушенное печенье. Он был сыт, и он был счастлив, несмотря на все пережитые события. Его безудержно клонило в сон, но он понимал, что сейчас отоспаться ему никто не даст. Пару успокаивающих звонков домой он уже сделал и теперь должен был во всех подробностях изложить «кандагаровцам» перипетии минувших дней.

- Куда же ему еще деваться? И кстати, не он один сидит в зиндане. Там рядом еще одна яма была. Я туда не заглядывал, но с узником мы пробовали ночью переговариваться. Судя по всему, какой-то юнец. Старуха сказала: он - из коммерческих пленников. Стало быть, ждет, когда за него выкуп заплатят. Ну, а нам, само собой, ждать было нечего.

- Все равно! - буркнул Сергей Маркелов. - Надо было вам вместе бежать! Сидели бы сейчас здесь, и у нас хлопот было бы меньше.

- А девушки? - строго вопросил Дмитрий.

- Причем тут девушки? Там, в яме, Стасик им все равно не поможет!

- Это как сказать!… - Дмитрий покачал головой.