ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ

В ту самую минуту, когда Асквит выходил из кабинета Эссекса, Кэтрин возмущалась, что он не пришел домой к завтраку. – Где он пропадает, Джейн? Я хотела, чтобы он поговорил с Томом Кромвеллом. На Джона ни в чем нельзя положиться! Как вы думаете, куда его понесло?

– Право, не знаю, Кэти, – ответила Джейн Асквит. – Я ждала его к завтраку, но он позвонил с час тому назад и сказал, что ему нужно ехать к Роуленду Смиту и еще к каким-то важным особам.

– Хлопотливое, должно быть, утро сегодня и у него и у Гарольда, – сказала Кэтрин. – Ну, ничего. Его завтрак можно отдать Тому. А у вас, правда, хватит на всех, Джейн? Вы простите, что я позвала Тома, но мне хотелось свести его с Мак-Грегором и Джоном. Правда, хватит?

– Хватит, – сказала Джейн. – Мне на прошлой неделе сестра прислала окорок из Ванкувера.

– Мак-Грегор, – спросила Кэтрин, – вы отдали Джейн свои продовольственные карточки?

– Нет, – смущенно ответил Мак-Грегор. – Они остались у моей хозяйки. Я не думал, что проживу здесь так долго. Пойти взять их?

– Сейчас не надо, – сказала Кэтрин. – А вообще принесите. Довольно вам объедать Джейн.

– Я вас объедаю? – спросил Мак-Грегор.

– Не слушайте ее, – сказала Джейн. – У нас только масла маловато, но масла все равно никогда нехватает. Оставьте его в покое, Кэти. Когда придет мистер Кромвелл?

– Сейчас.

– Тогда я пойду займусь завтраком. – Джейн встала, но, прежде чем выйти из комнаты, посмотрела на Мак-Грегора. Он растянулся на широком подоконнике, и вид у него был такой же расслабленный, как у Асквита, когда тот лежал на диване в кабинете Эссекса. Джейн взяла подушечку с одного из кресел и заботливо подложила ее под голову Мак-Грегору, улыбаясь тому, каких усилий стоило ему малейшее движение. Когда Джейн вышла из комнаты, Кэтрин досадливо прищелкнула языком.

– Петиция, которую члены парламента подали вчера вечером премьеру, – это, конечно, ваших рук дело, – сказал Мак-Грегор почти с упреком. – Для этого вы и бегали среди ночи к Кромвеллу?

– Вовсе не моих рук, – ответила Кэтрин. – Кромвелл сам все устроил. Поэтому он и хочет вас видеть. Сегодня вечером в палате общин будут жаркие дебаты между вашими друзьями и недругами. Кромвеллу хочется знать точно, что тут можно сделать.

Мак-Грегор слушал рассеянно. – Я думал, что сегодня обсуждается законопроект о национализации угольной промышленности, – сказал он. – Да и какие могут быть дебаты обо мне?

– Обсуждение этого законопроекта уже кончилось, – сказала Кэтрин, глядя через голову Мак-Грегора на черные ветви старого вяза, раскинувшиеся над крышей конюшни. – Сегодня начинаются дебаты о внешней политике. А перед дебатами один из консерваторов внесет запрос: приняты ли против вас надлежащие дисциплинарные меры и понесли ли вы должное наказание. Кромвелл сказал, что он и еще несколько рядовых лейбористов внесут аналогичный запрос об Эссексе. Значит, скоро решится и его и ваша судьба.

– Какой смысл вносить запрос относительно Эссекса? – Мак-Грегор хотел было приподняться, но тут же раздумал. – Завтра в Совете безопасности он будет метать громы и молнии. Я надеялся, что мое вчерашнее выступление помешает этому, но вряд ли найдется в Англии хоть один человек, который сумел бы разобраться в той каше, которую сделали газеты из моих слов.

– Не злитесь, – сказала она.

– А что мне прикажете делать?

– Рассуждать здраво. Русские, во всяком случае, будут знать, что ответить Гарольду.