Изредка, и в одном, и другом направлении проносились навороченные тачки местных «мажоров» у которых продолжалось веселье, ведь утром им не нужно было в шахту или на фабрику.

Флексит взглянул на часы – он был в графике. Эти часы стоили, как пять такси в котором он ехал и такие у него были не единственные.

А еще пара машин «на выезд», еще одна «на покататься» и три олдтаймера, чтобы показать друзьям, которых у него не было.

Две квартиры в городе, дом в пригороде и еще кое какие арендованные на подставные имена апартаменты на случай, если придется прятаться – все равно от кого.

Разумеется, месячного жалования в триста тысяч дро, которое он получал от Организации, но эти удовольствия не хватало, но к его рукам в процессе деятельности «прилипали» кое какие ресурсы.

На подобные легкие шалости своих менеджеров начальство смотрело сквозь пальцы, поскольку других людей в их бизнесе не водилось, однако лишь до поры, пока не начинало припекать.

Вот и съезд на ржавую от рудной осыпи грунтовку. Водитель такси едва не пропустил этот поворот и резко затормозив, извинился:

– Простите, мистер, давно сюда не катался!..

Флексит кивнул. Он – тоже.

Покачиваясь на кочках, машина поехала сторону возвышавшихся неподалеку терриконов, поросших кое где редким лесом и чахлыми кустами. Конусы света от фар подпрыгивали вместе с машиной, выхватывая впереди, то кривое деревце, то оплывший от дождей обломок соленита.

Водитель нервничал, Флексит чувствовал это. И он был прав, в таких местах можно было ожидать чего угодно.

Они объехали террикон кругом и оказались на достаточно ровной площадке, где стояла техника – десятка три бульдозеров, грунторезов, несколько горных самосвалов и запыленный паркобус.

– Приехали, мистер, – хрипло произнес водитель, затравленно озираясь и уже сто раз пожалевший, что согласился на этот загородный вояж за три тарифа.

– На держи, и можешь быть свободен, – сказал Флексит подавая ему целых пять тарифов и выбираясь из салона.

И едва хлопнула дверца, водитель дал полный газ и машина, буксуя и подпрыгивая на кочках, понеслась прочь, оставляя пассажира в полнейшей темноте и тишине.

Но Флексит знал, что он здесь не один и едва такси с его огнями скрылась за терриконом, на площадке вспыхнули еще одни фары и гость направился к горному самосвалу за которым укрывался черный внедорожник.

В отличии от такси, водителя здесь Флексит не увидел – пассажиры были отгорожены капитальной перегородкой.

Никаких личных контактов, никаких узнаваемых лиц, никаких запоминаемых маршрутов, хотя сейчас – Флексит был уверен в этом, они снова поедут в город – просто по другой дороге.

Он неплохо ориентировался в пространстве и случалось, безошибочно определял, куда его везут даже лежа связанным в багажнике.

Машина тронулась и Флексит прикрыл глаза, чтобы подремать, а внедорожник помчался извилистыми грунтовками, вертясь вокруг терриконов, взбираясь на погрузочные горки и ныряя в смывные отстойники.

Тот, кто придумывал эти маршруты, конечно и не догадывался об особенности Флексита, а тот об этом и не распространялся.

Сейчас он лишь дремал прикрыв глаза, однако внутри него вращалась стрелка его «внутреннего компаса».

26

Как всегда, место для таких собраний было выбрано в каком-то бункере, на противоположном конце Чин-Чао.

Здесь таких мест хватало, ведь брошенных шахт в предместьях были десятки. И при каждой на разных уровнях имелись вспомогательные помещения – хранилища оборудования, склады шанцевого инструмента и даже посты управления с остатками электроники.

Часто, там даже имелось электричество и работала вентиляция.