— Ты идешь слишком быстро, — пожаловался Дэн, но девушка только прибавляла шагу.

К развилке дорог они вышли уже в сумерках. Вскоре Пруденс заметила вдалеке светящуюся точку — должно быть, фонарь почтового дилижанса. Выбежав на дорогу, Пруденс замахала рукой, надеясь, что кучер остановится. Он осадил лошадей в последнюю минуту.

— В чем дело? — недовольно осведомился кучер.

— Мне нужно добраться до Дувра, — заявила Пруденс. — В дилижансе найдется два места?

— Уйди с дороги, парень! Я не беру в пассажиры бродяг…

— Я заплачу, — пообещала Пруденс.

— Ладно, так и быть.

Пруденс помогла Дэну забраться в экипаж, не обращая внимания на кислые взгляды пассажиров. Места внутри было в избытке, поэтому сначала Пруденс не понимала, чем вызвала такое недовольство. Внезапно вспомнив, что на ней поношенные бриджи и куртка, Пруденс осознала: никто бы не обрадовался такому соседству.

— Подбирают кого ни попадя, — проворчала женщина. — Я буду жаловаться! Мы уплатили за проезд…

— И мы тоже, — прервала ее Пруденс и отвернулась.

Ей предстояло о многом подумать. В Дувр они прибудут поздно вечером. Придется искать ночлег, но кто впустит в дом двух оборванцев? Какая досада, что ей пришлось переодеться! Путешествуя с Себастьяном, Пруденс поняла, что хозяева постоялых дворов встречают гостей по одежке. Дорогой шерстяной плащ был бы залогом радушного приема… Придется надеть его.

А вообще-то в мужской одежде путешествовать безопаснее. Молоденькая девушка и мальчик вряд ли сойдут за платежеспособных постояльцев.

Но непреодолимым препятствием в конце концов стала не молодость Пруденс и не ее одежда, а то, что все постоялые дворы в Дувре оказались переполненными. В одном из них ей объявили, что здесь комнаты заказываются заранее.

— Куда же нам идти? — растерянно спросил Дэн.

— Что-нибудь придумаем, — успокоила его Пруденс. — Не может быть, чтобы для нас нигде не нашлось места. — Она свернула с главной улицы города в переулок.

— Смотри! — воскликнул Дэн, указывая вперед. — Должно быть, неподалеку гавань. Это корабельные мачты!

Пруденс вдруг ощутила укол тревоги. Она уже знала, что в любом порту ночью небезопасно. К счастью, наступило полнолуние, на улице было светло почти как днем. Внезапно рядом кто-то вскрикнул. Из двери соседнего дома вывалилось несколько мужчин. Они тащили еще одного, который отбивался руками и ногами.

Поначалу Пруденс решила, что видит пьяную драку, внутренний голос советовал ей поспешить прочь. Вдруг лунный свет упал на белое лицо юноши, которого держали за руки два дюжих молодца.

— Пощадите! — умолял юноша. — Не забирайте меня! У моей матери больше никого нет…

Его мольбы были встречены взрывом грубого гогота.

— Не скули, через пару лет увидишь свою мамашу! Поплаваешь по морям, повидаешь мир… — Один из мужчин подступил вплотную к юноше и наотмашь хлестнул его по лицу. — Не шуми, а то хуже будет.

Пруденс вцепилась в руку прохожего.

— Помогите ему! — воскликнула она.

— С какой стати я должен идти против закона? — возразил прохожий. — Это вербовщики, парень. Не высовывайся, а то и тебя сцапают.

— Но разве это законно? — В гневе Пруденс повысила голос, чем привлекла внимание боцмана. Присмотревшись, он направился к ней.

— Ну, ребята, нам подфартило! — крикнул он своей команде. — Вот еще один!

Пруденс попятилась, вцепившись в руку Дэна.

— И мальца прихватим, — распорядился боцман. — Капитану пригодится юнга.

— Бежим! — крикнула Пруденс и швырнула Дэну саквояж, но тут же оказалась словно в стальных тисках.