— Я знаю, что он сделал. Денни. — Она выплюнула это имя. — Он убил людей. Думаешь, я собираюсь искать другого мужчину? Да ты нахрен свихнулся.

— Знаю, сейчас ты так не думаешь, но наступит время, когда ты изменишь своё мнение.

— Фигня, — прошипела она тихо, но яростно и одновременно испуганно и наклонилась к нему. — Он находился рядом с моим сыном! Я трахалась с убийцей!

Колт тоже наклонился вперёд и сказал так же тихо, только без ярости и ужаса в голосе:

— Нет, ты думала, что трахаешься со мной.

— Мне должно стать легче? — спросила Шерил, подняв брови. Её лицо выражало недоверие. Она решила, что он псих.

— Да. Должно.

— Ты настолько хорош?

Теперь она говорила с сарказмом.

— Никто не жаловался, Шерил, — честно ответил Колт. — Дело в том, что я стараюсь быть хорошим копом, хорошим другом, и он это повторял. Вот что он показал тебе. Он хотел, чтобы ты поверила. Ты поверила, а теперь залижи свои раны, но позволь им вылечиться, и двигайся дальше. А когда придёт время, приходи ко мне, и я обещаю, что сделаю всё, что смогу, чтобы убедиться, что ты выбрала хорошего парня.

— Это что, новая услуга, которую копы оказывают девушкам вроде меня?

— Нет, это то, что я сделаю для тебя, потому что нас обоих обманул больной ублюдок, который бросил тебя в ад и заставил меня и мою женщину прожить в этом аду двадцать два года. Если кто-нибудь узнает, что я предложил тебе такое, не говоря уже о том, чтобы сделать, у меня будут проблемы. Но я всё-таки предлагаю. Можешь выкинуть визитку, мне без разницы. Но если бы меня кто-то обманул, а другой человек предложил помощь, я бы её принял. Полагаю, тебе мало кто предлагал помощь. Райан, я — немного, я прав?

Она отвела глаза. Он был прав.

— Извлеки из этого урок, Шерил, — посоветовал Колт. — Научись видеть доброту, настоящую, когда тебе её предлагают, и научись принимать её.

Шерил закрыла глаза и отвернулась. На её лице отразилась боль, прежде чем она открыла глаза и снова уставилась в окно.

Больше они никак не отреагировала.

Колт сделал глоток из своего стаканчика и обратился к Мими:

— Мимс, заверни ещё парочку брауни и несколько печений. У Шерил есть ребёнок.

— Конечно, Колт, — отозвалась Мими.

Колт повернулся к Шерил и начал вставать:

— Оставляю тебя с твоими мыслями.

Он уже был на ногах, когда она спросила:

— Двадцать два года?

Он взглянул на Шерил, которая продолжала смотреть в окно.

— Да.

Она покачала головой, и её глаза наполнились слезами. Построенная ею стена чёрствости оказалась слишком тонкой, поэтому Денни и проник сквозь неё.

— Ты правда лучший игрок штата? И играл за Пердью? — спросила она, не отводя взгляда от окна.

— Да.

— Почему ты не пошёл в профессиональный футбол?

— Я был хорош для Пердью, но не достаточно хорош для профессионала.

— А ты хотел?

— Нет. Я хотел стать полицейским.

Она запрокинула голову, чтобы посмотреть на него, и он впервые заметил, что она очень красивая. Не потому, что похожа на Феб, а сама по себе.

По её щеке скатилась слеза.

— А я хотела танцевать. Похоже, мы оба получили желаемое, а?

В её словах слышалась горечь, под которой скрывалась тоска.

— Визитка годится ещё кое на что, Шерил, — мягко сказал Колт. — Для мальчишек, которые хотят научиться играть в футбол.

Она закрыла глаза, и по её щекам потекли ещё слёзы.

— У моего друга, Морри, есть сын, Палмер, — продолжил Колт. — Мы часто бросаем мяч и будем рады Итану.

Шерил кивнула, но отвернулась, ничего не сказав.