|
— Эта пауза означает, что ты закончил или, что ты набираешь воздух, чтобы продолжать сыпать тупыми высказываниями? Знаешь, я не хочу даже знать, для чего все это тебе понадобилось. Так что можешь не тратить здесь свое красноречие. Прибереги его для Поттера. Я обещал тебе помочь, я помогу. Что ты хотел у меня попросить на самом деле?
— Научи Гарри окклюменции.
— Что?!
— Научи Гарри окклюменции, — терпеливо повторил Альбус.
— Я за невыполнимые задания не берусь.
— Сев, ты обещал. Мальчику нужно научиться закрывать свой разум.
— От кого? Кому нужна его космическая пустота?
— От Тома.
Я уставился на крестного. У меня даже дар речи куда-то пропал. Наконец, глубоко вдохнув и выдохнув несколько раз, я осторожно проговорил.
— Альбус, ты здоров? Разум Поттера связан с тем осколком души Лорда, что сейчас в отвратительном теле загорает в Албании. Их невозможно разделить. Это может сделать только Авада Лорда. И ты об этом прекрасно знаешь. Но даже, если ты забыл, и сам начал верить в ту чушь, которой кормишь пацана про то, что он является крестражем, ты должен с помощью невероятных усилий, сложных путей от общего к частному и наоборот, и, при нагрузке мозга для решения сложных логических цепочек, придти к тому же выводу, — я уже не скрывал сарказма. Глядя на Альбуса, я понял, что перегибаю палку. Вздохнув, я начал говорить немного спокойнее. — Окклюменция здесь не поможет, даже, если бы Поттер, вдруг, начал бы с остервенением учиться. А это уже за гранью фантастики. Хотя, знаешь, я попробую. Может, все-таки сумею, хоть чему-то мальчишку научить. А вот за результат я не ручаюсь. Это все?
— Да. А что уже выгоняешь? — в глазах Альбуса сверкнули искорки.
— Пока ты здесь, можешь побродить по Отделу, с Николасом повидаться, да и со всеми остальными.
Я еще не успел договорить до конца, как Альбуса уже в кабине не наблюдалось. Я покачал головой. Ну и крестный.
Когда я остался один, я вытащил очередной номер Пророка, просмотрел его и усмехнулся. Первый этап нашего плана развивался блестяще. Самое смешное состояло в том, что нам даже делать самим ничего не пришлось. Фадж вместе со своими прихлебателями стали очень оперативно рыть себе яму, дискредитируя Альбуса, Поттера и всячески открещиваясь от факта возрождения его темнейшества. Я сам не смог бы придумать лучшего. Ненадолго задумавшись и рассмеявшись, стукнул рукой по столу. Это ж надо. Фадж долгое время находился под Империусом белобрысого. Снять заклинание с Министра никто так и не удосужился. Если учесть, что Малфои менталисты достаточно сильные, а Империус ну никак не может держаться столько лет, то все это говорит только об одном: Фадж переживает примерно такие же изменения в личности, какие происходили у Люциуса, когда произошел сбой программы под влиянием этой наполовину разрушенной сетки. На сумасшествие Фаджа никто не обратит никакого внимания: уровень образованности сотрудников Министерства не тот, а лечить министра я не вижу смысла — все идет просто идеально. И кто сказал, что у меня много свободного времени? Из размышлений меня вывел голос Андре.
— Сев, со мной сейчас связалась Амалия Боунс. Она хочет тебя видеть, как можно быстрее.
— Хорошо. Я сейчас к ней поднимусь.
Зайдя в кабинет к Амалии, я протянул ей руку.
— Амалия, любовь моя, ты сказала, что хочешь меня видеть? Вот он я, и полностью в твоем распоряжении.
Боунс зарделась как девчонка. Затем, тряхнув головой, рассмеялась.
— Тобиас, ну нельзя же так. Зачем ты меня смущаешь?
Я недоуменно приподнял бровь, а женщина между тем продолжала.
— Со мной связался Министр Фадж. Он настаивает, чтобы дело Гарри Поттера рассматривалось Визенгамотом в одном из залов суда. |