— Я понимаю, — Грюм задумался. — Я могу принести клятву на крови, дать Непреложный обет, или что тут у вас практикуется.

— Клятва на крови. Если Вас, Аластор, настолько ломает от бездействия, то Вы принесете мне клятву на крови и поступите под моё начало. Или так, или разговор окончен.

— Все-таки ты темный. Только вы можете так заинтересовать человека, что у него потом зудиться будет в одном месте, если он не узнает всё до конца. Клятва так клятва. Что мне нужно делать?

— Ничего особенного, просто повторять за мной и позволить разрезать себе руку. Все это должно быть сугубо добровольно, как Вы понимаете. Магию крови не обманешь.

Аластор кивнул и поднялся из кресла, помогая себе посохом. Когда клятва была принесена, мы снова сели на свои места. Я вкратце рассказал старому аврору о планах по спасению магглорожденных.

— Вот так, значит, — Грюм немного помолчал, затем посмотрел на меня. — Я согласен, план хороший. Сложный, но хороший. Если мне понравится там, я, пожалуй, и останусь на этом островке. Думаю, многие семьи захотят остаться. Но, я так понимаю, это еще не всё?

— Нет, не всё. Как Вы понимаете сами, Аластор Грюм должен исчезнуть, он должен будет погибнуть в ближайшее время.

— Я понимаю. Когда меня будут убивать? — деловито поинтересовался Грюм.

— Я решу это позже, в любом случае, Вас не будет при этом несчастном случае.

— Несчастном случае?

— Конечно, что может быть несчастней смерти? Мне понадобится еще немного Вашей крови для оборотного зелья.

— И почему я не удивляюсь? Краучу волосы нужны была, Отделу Тайн — кровь. Я теперь невыразимец, ха. Когда мне отправляться?

— Сегодня же. Прямо сейчас один из людей Мальсибера сопроводит Вас к Вашему дому, где Вы соберете необходимые вещи и портключом будете доставлены на место. Рей… — я кивнул Мальсиберу, и тот вышел, «выделять» сопровождение Грюму. Подозреваю, что он готов был сам лично сопроводить старого аврора на остров, коль скоро тот снял с него этот геморрой. — И еще, Аластор. Лорду Волдеморту понадобится доказательство Вашей гибели. Я думаю, что Ваш знаменитый глаз прекрасно подойдет для этих целей.

— Мой глаз? Ты меня просто без ножа режешь, — и Грюм, вытащив глаз из глазницы, протянул его мне.

— Нет, отдадите его Вашему провожатому. Все должны видеть, что Грюм вошел в Отдел в полном комплекте и вышел также целым и невредимым. Правда, в сопровождении невыразимца. Наверное, буянил старик, вот его в такой вежливой форме и вышвырнули из Отдела. Бывает.

Аластор, не сказав ни слова, вставил глаз на место и уважительно посмотрел на меня. Затем протянул руку и позволил нацедить в пробирку немного крови.

Пока мы ждали возвращения Мальсибера, Грюм повернулся к Люциусу.

— Вот, значит, как происходит. Никогда не думал, что окажусь с тобой по одну сторону баррикад, Малфой. И как оно? Париж стоит мессы?

Люциус вздрогнул и внимательно посмотрел на Грюма. Затем очень спокойно и очень серьезно ответил:

— Да, Аластор, Париж стоит мессы.

В этот момент дверь снова открылась, и в кабинет проскользнул Мальсибер.

— Все готово. Сэм ждет Вас на выходе из Отдела, Аластор.

— Мальсибер, значит. То-то мне твоя физиономия знакомой показалась, — Грюм не торопился выходить. — Значит, я прав был. Барти-старший тогда невиновного посадил. Хотя я всё равно не думал, что живым тебя увижу воочию, так сказать. Где ты прятался?

— Я не прятался, — огрызнулся Рей. — Если бы господа авроры в своё время захотели, то нашли бы меня без особых проблем.