– С какой стати ты вдруг решила продать его? – полюбопытствовал Сэм.

– Видишь ли… – с задумчивым видом начала она, – теперь, когда старина в моде, найдется немало покупателей, готовых выложить кругленькую сумму и подыскать особняку достойное применение. Так зачем ждать?

Сэм ощутил, как его лицо вспыхнуло от возмущения. Черт, она умеет наносить удары ниже пояса. Она намекала, что Сэм не сумел правильно распорядиться зданием компании, что все его затеи бесполезны и никчемны. Как это похоже на Минит! Но спорить с ней Сэм не стал, зная, что это ни к чему не приведет.

– Хорошо, – произнес он, поднимаясь. – Я начну собирать вещи немедленно.

Минит следила за ним взглядом.

– Куда же ты их денешь, милый? – осведомилась она.

– Честно говоря, пока не знаю. Разумеется, я не смогу позволить себе снять такое же помещение под офис, но я что-нибудь придумаю.

Он пошел было к двери, однако на полпути обернулся и грустно улыбнулся:

– До встречи.

– Пока.

Покидая зимний сад, Сэм размышлял, почему он так странно воспринял известие жены. Ему следовало бы встревожиться, даже запаниковать, но, к собственному удивлению, он обрадовался новой, чудесной свободе. Казалось, с его плеч свалилась гора. «Это безумие, – думал Сэм. – Господи, что это со мной? Меня выгнали из офиса, а я почему-то радуюсь!»

Признаться, он знал, в чем дело. Нить, крепко связывающая его с женой и безрадостным прошлым, перерезана, причем руками самой Минит.

Шагая через библиотеку, Сэм увидел Эрминду, яростно смахивающую пыль с книг. Метелка летала в ее руках со сверхзвуковой скоростью, и Сэм рассмеялся бы, если бы не опасался обидеть экономку.

– Тише, тише, Эрминда! – воскликнул он. – Иначе тебя хватит удар.

Она обернулась, метелка из страусовых перьев замерла в ее руке. Эрминду буквально трясло от бешенства.

– Что случилось, Эрминда? – посерьезнел Сэм.

– Просто я не понимаю, почему миссис Николсон так скверно относится к вам, – заявила экономка. «А вот я сумела бы сделать тебя счастливым», – мысленно добавила она.

– Не волнуйся, Эрминда, – успокоил ее Сэм. – Это пустяки.

– Ладно, – пробормотала она. «Если бы не эта гадюка, ты был бы моим», – подумала она, а вслух произнесла: – Как вам будет угодно, мистер Сэм.

Сэм выбрался из «рейнджровера» и направился к Октагон-хаусу. К сожалению, он сам не верил тому, что совсем недавно сказал Эрминде: последняя выходка Минит вовсе не казалась ему пустяком. В глубине души Сэма прочно поселилась тревога.

Что за чертовщина с ней творится? Ужиться с Минит всегда было нелегко – из-за ее снобизма, эгоизма, высокомерия, иногда жалости к себе, однако прежде она редко выказывала неприкрытую злобу.

Что же произошло теперь? Сэм недоумевал. С какой стати Минит вздумалось продавать здание компании Ван Вехтенов? Сэм знал, что жену раздражает его работа, но идти на столь крайние меры, только бы помешать ему… нет, это невозможно. А если она затеяла новую игру, то сделала слишком крупную ставку.

Поведение жены Сэм считал бессмысленным. Или, скорее, неожиданным. Минит терпеть не могла расставаться с вещами, которые принадлежали ей. Казалось, она видит частицу своей души во всем, что ее окружает. Поэтому она яростно защищала все свое имущество.

Так почему же она вдруг решила продать вещи покойного отца? Минит преклонялась перед своим отцом, его кабинет в офисе был неприкосновенным с того самого дня, как Ричард в последний раз побывал в нем десять лет назад.