— Шила, можно мне показать Море трофеи? Мне кажется, она еще не видела их.

Шила посмотрела на них:

— Разумеется. Но, я надеюсь, вы не заскучаете?

Джеральд встал:

— Когда я начну рассказывать о каждом из них, она не сочтет это скучным.

Он повел ее по длинному коридору, одна сторона которого была уставлена стеклянными ящиками. Там находились щиты и кубки, сиявшие так, словно были начищены вчера.

— Вероятно, так и было, — ответил Джеральд, когда рассказывал об этом. — Маргарет не выносит беспорядка. У нее до смешного небольшой штат прислуги, пригодный для уборки лишь двух комнат, но она все равно не желает запирать те, которыми не пользуются. Очень глупая женщина, как я часто ей говорю.

Он не пытался давать объяснения о трофеях, но медленными шагами, заложив руки за спину, подошел к высокому окну в конце коридора. Мора присоединилась к нему. Память ей не изменила.

Мора увидела, что не хватает нескольких кедров у края лужайки. Но теперь были лучше видны парк и молодые лошади, мокрые и темные, стоявшие под сенью вязов. Косой дождь резко выделялся на фоне синевы кедров. Море начало казаться, что, может быть, именно этот дождь и рано наступивший вечер вызвали чувство болезненной апатии, поразившей дом.

Джеральд прочитал ее мысли, словно она произнесла их вслух.

— Ты, несомненно, увидела перемены? — Он смотрел на лошадей.

— Не сразу, — сказал она. — Вспомните, ведь я бывала в Драмноке не более трех раз. Тут было полно народу, и многое было не так, как теперь, когда леди Маргарет больна.

— Да, многое можно отнести на счет болезни, но не то чувство, какое ныне присуще этим местам. Тут так грустно для Шилы…

Он положил руку на подоконник:

— Рассказывал ли тебе Том о смерти ее отца?

— Том упоминал, но без подробностей.

— С тех пор прошло больше двух лет. Он вел машину из Дублина и врезался в парапет моста. Это была утрата для всех нас. Как-то всегда представляется, что, если такому человеку, как Ричард, суждено погибнуть насильственной смертью, то это должно случиться во время охоты или на войне. Но мы не были удивлены, когда узнали всю правду. Я полагаю, что начало этому было положено самим Ричардом и Маргарет. Они всегда тратили слишком много денег… Его отец нажил состояние при эксплуатации английских угольных шахт, а ее семейство, я думаю, имело очень мало. Тут не стеснялись в расходах… Я не знаю, как шли у них дела во время войны. Полагаю, как и у большинства из нас. Не знаю, много ли осталось от угольных акций… Хотя со всем этим покончила национализация. Но они никогда не снижали своего уровня жизни, и внезапно Ричард обнаружил, что ему нужно больше денег, чем у него есть. Он вложил все, что имел, в золотые рудники в Южной Америке. Они прогорели, о чем он узнал в тот день в Дублине. Я полагаю, что в тот скверный зимний вечер, возвращаясь в Драмнок, бедняга не полностью владел своим рассудком. Прошло много времени, прежде чем они узнали, как мало у них осталось средств… Маргарет уволила несколько слуг и прожила те деньги, какие остались. Шила знала о лошадях почти столько же, сколько знал ее отец. Она продолжала извлекать из этого все, что могла. Я думаю, они собирались продать Драмнок и заниматься только конюшнями. Хотя в действительности никогда на это не пошли бы. Полный крах наступил, когда Маргарет узнала от врача о своей болезни. Сначала Шила испугалась и пришла ко мне. Но она привыкла принимать решения самостоятельно и сказала, что сохранит дом, пока мать жива. Я полагаю, что она права. Но это чертовски тяжело для нее. К тому же девушка не оправилась после смерти Гарри.