Я фыркаю и наклоняюсь вперед в седле.

— Твой план не сработает, знаешь ли. Мы с Тристаном укрепили связь после того, как ты рассказала ему, что я пыталась уйти. Он придет за мной.

Она резко поворачивается.

— Твой разговор с Тристаном как раз и толкнул нас друг к другу. Как думаешь, почему я еще здесь? Мы связаны. И как только он увидит, что ты натворила... а он увидит... тогда...

Аннетт затихает, ее тело цепенеет. Я ударила ее в самое уязвимое место — надежду на то, что у них с Тристаном еще есть шанс. Кингсленд и благо ее народа ни при чем. У Аннетт все вращается вокруг нее.

Я резко дергаю поводья, привязанные к ее седлу. Они слегка соскальзывают, но не настолько, чтобы слететь. Я дергаю снова, но, вместо того чтобы закрепить узел, Аннетт достает нож. Я беззащитна, а она замахивается и швыряет его мне в лицо.

Я вздрагиваю. Мы слишком близко для любой другой реакции, однако бросок выходит на удивление отвратительным. Клинок со стуком вонзается в толстую кожу седла в нескольких дюймах от моей ноги.

Аннетт запускает руку в глубокий карман рабочей рубашки и достает еще один нож. Я тянусь к застрявшему в седле. Ее рука уходит в замах, но я быстрее. Ловким движением руки я попадаю куда надо, и нож вонзается ей в грудину. Аннетт кричит от ярости.

Мне становится плохо оттого, какой жестокий поворот приняли события. Целитель во мне не может не оценить ее рану: скорее всего, я задела только кость. Неудобно. Болезненно. Но не смертельно.

Это не замедляет Аннетт. Снова замахнувшись, она бросает второй нож.

Мне хватает времени только пригнуться и ударить каблуками в бока коня. Он бросается вперед, и лошадь Аннетт вынуждена следовать за ним из-за поводьев. Аннетт вылетает из седла и падает на землю с очередным криком.

— Что тут происходит? — раздается глубокий голос, и ко мне галопом подлетает лошадь.

Это Сэмюэл. А за ним и Райленд — оттесняет меня к обочине, заставляя остановиться.

— Она меня пырнула! — кричит Аннетт и, шатаясь, поднимается на ноги. Ножа уже нет, но ее рубашка в крови. — Посмотрите, что она сделала! Изгоните ее из Кингсленда. Сейчас же! Пока она никого не убила.

Сэмюэл круто поворачивается ко мне.

— Он-на, — запинаюсь я, — она напала первая. Энола! Проведайте Энолу. Они ее ударили.

— Не слушайте. Это она пыталась убить Энолу! — кричит Аннетт.

Взгляд Сэмюэла, обращенный на меня, становится убийственным.

— Я видел, как ты швырнула нож.

Кровь отливает от моего лица.

— Это не...

— Отведи ее к Тристану, — спокойно говорит Райленд. — Узнай правду от него. Связь не позволит ей соврать. Я останусь с Аннетт.

— Нет! — кричит Аннетт.

Люди выходят из домов посмотреть, что за шум, и Аннетт обращает свои мольбы к ним.

— Нам не нужен Тристан, когда есть четыре свидетеля ее нападения! Четыре медсестры видели, как она пыталась убить Энолу! — Люди ахают, и Аннетт хватается за грудь. — Смотрите, у меня кровь. Какие еще нужны доказательства, что она пыталась меня убить?

Сэмюэл забирает поводья коня и увозит меня от собирающейся толпы.

— Сэмюэл, — умоляю я, — ты должен ехать в больни.