— Не беспокойтесь, я пришел всего лишь выслушать вас. Каковы ваши первые впечатления?

Из фотографии жены Домоладоссы, стоявшей на рабочем столе, четверо распознавателей наблюдали всю эту сцену, которая по сравнению с предыдущей казалась более оживленной. Старший распознаватель, по имени Шерлок, начал:

— О, этот человек, что только что вошел, обладает большим сходством с тем мужчиной в этом Измерении, которого мы увидели, когда наша взаимная конгруэнция впервые обнаружилась. Они, похоже, и не подозревают о нашем существовании.

Младший распознаватель, Корлесс, нетерпеливо перебил:

— Конечно, и мы абсолютно не можем ничего с этим поделать, пока наши мыслители не придумают способ связи между нашим Измерением и их. И кроме того, я все еще придерживаюсь теории... в общем, что это проявление не дает нам ответа о размерах и величинах. Мы же смотрим на этот субатомный мир, возможно, через временное искривление пространственно-временной инфраструктуры.

Шерлок зашагал неторопливо вниз по склону холма, и Корлесс последовал за ним. Их разум захватил этот феномен на холме, но душа оставалась холодной; возможно, что и эмоционально они были бы захвачены этим причудливым миром, если бы получили в свое распоряжение приборы для связи с ним.

Они шли по склону холма, а маленький робот летел над ними. Изображение передавалось на громадный экран, расположенный в двухъярусном холле в Нью-Йорке, и группа мужчин, некоторые в униформах, стоявших или сидевших, . наблюдала за холмом и людьми, идущими по склону.

На возвышении техник по указаниям политиков, присутствовавших в холле, управлял полетом робота с камерой.

Конгрессмен Сэдлер повернулся к своему собеседнику.

— Ну что, Джо, вы понимаете, что сие есть. Мы прорвались через прошлое... хотя через что, куда и откуда мы прорвались, это еще нужно понять.

— Множественность обитаемых миров... — забормотал Джо в ответ. Как инженер в области радиокоммуникаций, он страстно желал, да и чувствовал, что ему следует выдвинуть какую-нибудь блестящую гипотезу, но в данный момент только расплывчатые поэтические ассоциации крутились в его голове.

Не подозревая о многочисленных наблюдателях, Домоладосса показывал губернатору следующую часть доклада.

III

По прошествии некоторого времени чьи-то движения отвлекли Эс от наблюдения за домом: что-то двинулось слева от особняка. Слегка закрытое простиравшимися во все стороны ветвями яблонь, которые должны были зацвести позже — весной, и ветками сумаха, стояло деревянное бунгало. Из двери этого маленького домика вышел человек. В руках у него был коврик, казалось, что на этом коврике имеются какие-то непонятного цвета, тусклые полосы. Человек начал вытряхивать коврик.

Даже с такого расстояния можно было заметить, что голова человека с ковриком повернута и глаза его, вероятно, смотрят через левое плечо; казалось, он наблюдает за коричневыми садовыми воротами, которые с того места, у деревянного бунгало, были хорошо видны, а от Эс, сидевшего в каретном сарае, скрыты западным углом особняка. Довольно пышная фигура женщины выплыла со стороны ворот и остановилась в паре метров от фигуры мужчины с ковриком в руках. Тело женщины закрывало пальто темно-каштанового цвета, в руках у нее был зонтик, а ноги, выглядывавшие из-под пальто, скрывались внизу в полуботинках. С такого расстояния можно было свободно различить крупную голову с седыми волосами, собранными на затылке в пучок, макушку же прикрывала маленькая шляпка, украшенная каким-то цветным узором.

Некоторое время мужчина и женщина стояли, перебрасываясь фразами, их разделяло такое расстояние, на котором слова свободно достигали уха собеседника, потом человек с ковриком повернулся и зашагал в направлении к деревянному бунгало, вошел в него и закрыл за собой дверь.