— Последняя минута!, — раздаётся голос Саматова откуда-то сзади, и я ускоряюсь.

— Молодец, всё качественно, — улыбается Саматов в перерыве перед третьим раундом, сбрызгивая меня водой и обмахивая полотенцем. — Ты в ресурсе?

Молча киваю в ответ.

— Темп взвинтить можешь?

Ещё один кивок.

— Тогда поднимай темп. Только плотный бой. Не давай ему вдохнуть и дышать!, — Кричит мне вслед Саматов под гонг третьего раунда и явно неодобрительные взгляды секунданта противоположного угла.

В третьем раунде противник, явно мобилизуя все внутренние резервы, бросается в самоубийственные (для его ОФП) атаки, но выдыхается ровно через половину минуты.

Всё в соответствие с заветами Сергеевича, который, как я вижу боковым зрением, уже освободился и присоединился к Саматову возле ринга.

Со второй половины первой минуты третьего раунда, игра идёт в одну калитку. Наверное, если включить резонанс, могу и нокаутировать, но опыт учит, что раскрывать все карты на старте — не лучшая стратегия.

Используя все плюсы более высокой ОФП, постепенно увеличиваю плотность боя, и на второй минуте противник только вяло отмахивается раз в три секунды из глухой защиты.

Из которой я его не выпускаю.

Где-то в середине третьей минуты из-за ринга доносится чей-то незнакомый голос: «Да не мордуй пацана, всё ясно!», и секундант инфизовца, являющийся, видимо, и его преподавателем, выбрасывает полотенце.

* * *

— Саня, молодец!, — Сергеевич, победоносно косясь на тренеров инфиза, охлопывает меня со всех сторон, как коня. — Извини, у меня там с протестом была запара, не мог с тобой изначально выйти, но вы молодцы! Справились отлично! Спасибо!, — обращается только что не светящийся Сергеевич уже к Саматову, хлопая того левой по плечу, а правой пожимая руку.

— Не за что. — Спокойно улыбается Саматов. — Всегда в вашем распоряжении.

— Первого мастера вынесли, — Сергеевич достаёт откуда-то из недр заднего кармана блокнот и начинает что-то вычёркивать в нарисованной от руки табличке. — Хорошо что он на Вовика не попал…

— А что так?, — явно из вежливости интересуется Саматов, опередив меня с тем же вопросом буквально на долю секунды.

— Да парень из более лёгкой категории, перешёл в более тяжёлую, но резковатый по инерции. — Поясняет Сергеевич, не отрываясь от рисования в таблице. — Вова по офэпэ до Шурика далёк, а тут самый простой способ был просто измотать. А не перебить…

* * *

Поддавшись какому-то азарту Араба и Саматова, которых зрелище почему-то увлекает, особенно начиная со среднего веса, досматриваю первый день турнира до конца. Хотя, к моему удивлению, все наши убывают сразу после того, как проведут свой бой.

Впрочем, компанию нам троим составляет Вовик, который сегодня не бьётся, но с работы отпущен.

После окончания первого дня, Вовик раздевается до трусов и взвешивается на весах в углу зала.

— Что и требовалось доказать, — удовлетворённо обнуляет он весы после себя. — Минус шестьсот.

— Поясни?, — спрашиваю, не до конца понимая подоплёку, но подозревая кое-что.

— Пока сегодня смотрел бои, включая тебя, шестьсот грамм на адреналине слетело, — поясняет Вовик, быстро натягивая штаны и носки. — Теперь пожрать перед сном смогу.

— Не знал, — удивлённо присвистываю.