Вполне добродушные, эти слова ударили Темара как пощечина.

— Я не знаю, хочу ли быть сьером на ваших условиях. Я не знаю, что означает теперь этот титул, — дерзко ответил юноша. — Но я знаю, что он означал в мое время. Это был долг заботиться обо всех, кто от тебя зависит. Клянусь самими ключами Сэдрина, я исполню свой долг перед людьми Кель Ар'Айена. Они пересекли океан, доверясь Именам Ден Ренниона, Ден Феллэмиона и Д'Алсеннена. Я — последний из тех дворян, и Полдрион утопи меня, но я буду защищать их интересы. Я говорю от имени людей, которые почти на тридцать поколений выпали из жизни, отдавшись во власть заклинания, и многие до сих пор затеряны в темноте. Я хочу их вернуть, и если мне нужен какой-то значок, чтобы заставить людей принимать меня всерьез, то я буду его носить, но для меня он значит очень мало.

Казуел задохнулся.

— Он хочет сказать…

— Я сам умею говорить, мастер Маг! — выкрикнул Темар.

— Тогда говори, — приказал император.

— Я пришел к вам только потому, что мои люди еще больше пострадают в ссоре, затеянной не нами. Кель Ар'Айен — просто еще одна фигура на игровой доске между Тор Безимаром и Д'Олбриотом, и я не могу равнодушно на это смотреть. Тор Безимар организовал все дела, возбужденные перед вами в судах. В качестве ответного удара сьер и его братья планируют всевозможные нападения на собственность Тор Безимара и союзных Имен. Человек Д'Олбриота слышал это. — Темар указал на Райшеда, который неподвижно стоял у двери, глядя прямо перед собой.

— Ты носишь браслет избранного, — заметил император с отчетливым холодком в голосе. — Разве ты не должен хранить секреты твоего сьера?

— Я считаю, что открытая ссора с Тор Безимаром повредит Дому. — Райшед продолжал смотреть вперед. — Моя верность — всем, кто носит это Имя, не только лично сьеру.

— Гальел не глуп, он должен понимать, что это лишь подорвет доверие к его аргументам в суде, — раздосадованно сказал император. — Почему Д'Олбриот берет правосудие в свои руки?

— В мое время за правосудием ходили к императору. — Темар обошел вокруг стола, чтобы встать лицом к лицу с Тадриолом. — Вы должны остановить эту ссору, пока есть возможность. Пока все ваши адвокаты выскажут свое мнение, невинные люди останутся без средств к существованию, и если Кель Ар'Айен бросят на произвол судьбы, мои люди скорее всего расстанутся с жизнью.

— Когда я увижу открытую вражду между двумя могущественными Домами, я приму меры, чтобы ограничить ущерб, — запротестовал Тадриол.

— Но почему не остановить ее до того, как она начнется? Вы будете ждать, пока займется крыша, прежде чем снести горящий дом?

— Тогда представьте доказательства, не оскверненные магией, — с жаром потребовал император. — Представьте их суду, где все станут свидетелями правосудия.

— Если бы они у нас были, мы бы их представили! — в досаде закричал Темар. — Но у нас их нет. Зачем, по-вашему, мы бы все это устраивали?

— Вряд ли криком многого добьешься. — Авила вошла в комнату.

За ней по пятам следовали Велиндра и Аллин. В воцарившейся тишине был слышен только шорох юбок, когда все трое сделали грациозные реверансы императору.

— Позвольте представить Авилу, барышню Тор Арриал, — не найдя ничего лучшего, сказал Темар, — Велиндру Ичейн и Аллин Мере, магов Хадрумала.

— Вы добрались сюда не в экипаже.