Я перечитал список Харланов и усмехнулся. Харлан, защищенная авторским правом, была той самой, о которой говорила мне Венера. По крайней мере, моя любвеобильная красотка не обманула меня.

Я сложил листочки, убрал обратно в конверт и сунул его в карман. Теперь у меня имелись Харланы на любой вкус, но я отдал бы все, что имел, за то, чтобы сначала узнать, какой такой доброжелатель, черт возьми, взял на себя труд навести меня на них.

Я не стал дольше задерживаться в «Цирке». Логан болтался где-то и наливался виски, я хотел найти его, пока он еще был на что-то годен. Он, наверное, тут же протрезвеет, когда я расскажу о маленьком скандальчике с моими старыми знакомыми. А если нет — тем хуже для него.

К одиннадцати пятнадцати я прочесывал уже седьмой бар. Везде говорили, что видели его. В первом с ним было двое мужчин, они о чем-то говорили. Бармен сказал, что мужчины даже что-то записывали, а Логан сидел понурив голову. В следующих шести он отметился один, и вся информация сводилась к тому, что он много пил и напряженно думал о чем-то невеселом.

Я обратил внимание на следующее обстоятельство: ни один из посещенных им баров не принадлежал к «Бизнес-Группе» Серво. Может быть, он не хотел, чтобы сутолока и гам тех заведений нарушали течение его мыслей, а может, у него имелись другие, известные лишь одному ему, причины. По крайней мере, все бары, в которых он побывал, пустовали, и бармены бездельничали у стоек, готовые обслужить случайного посетителя, выжатого как лимон заведениями с рулетками и игровыми автоматами. Седьмой бар оказался ветхой лачугой и назывался «Последнее прибежище». Бармен сказал, что Логан пробыл здесь около десяти минут, разговаривал с двумя энергичными мужчинами и куда-то звонил. Разумеется, пропустил несколько стаканчиков. Куда он затем отправился, никто не мог предположить.

Я отказался от дальнейших поисков. Логан мог подождать. Пусть человек насладится одиночеством и выпивкой. Я найду его завтра. Я заказал виски с имбирем, сел и стал смотреть, как рыжая проститутка охмуряла потенциального клиента.

Дело у нее быстро шло на лад, как вдруг она неожиданно отвернулась от него вместе со стулом. Бармен посмотрел на дверь и нахмурился, автоматически потянувшись за бутылкой скотча.

Человек средних лет, долговязый, в штатском, быстро прошел к стойке.

— Пить не буду, Барни, — сказал он и, вытащив фотографию из кармана, толкнул ее по полированной поверхности. — Не встречал?

Бармен посмотрел на снимок, прочитал сопроводительную надпись внизу, потом отрицательно покачал головой.

— Уверен?

— Да.

— Увидишь — позвони, понял?

— Да, конечно.

— О’кей, — он убрал фото в карман.

— Хочешь выпить?

— Не теперь. Может быть, я еще загляну.

Коп пошел к выходу и увидел рыжую. Он гнусно осклабился:

— Привет, Джинджер.

Рыжая не удостоила его ответом и занялась своей выпивкой.

— Чтобы я не видел тебя на улицах, — сказал он.

Рыжая вспыхнула, но у нее были крепкие нервы.

— Где же я тогда возьму денег на взятку, коп?

Улыбка сползла с его лица, и он молча вышел на улицу.

Я поглядел на свою руку, сжимавшую стакан. Она была белая как снег. Бармен тоже обратил на это внимание, но ничего не сказал. Он искоса смотрел на меня и сравнивал с физиономией на фотографии. Наконец он пришел к выводу, что перед ним тип, разыскиваемый полицией.

— Твое имя действительно Джордж Вильсон?

Я оставил ему «на чай» всю сдачу.

— Может быть, приятель.