— А я вам друг.

   — Неужто ль?

   — Да. И вот доказательство: вы свободны.

   — Могу идти?

   — Я же говорю — вы свободны.

   — Но я для вас всё равно ничего больше делать не стану.

   — Для нас не надо — для себя. Скажем, верните то, что у вас отняли.

   — Что у меня отняли?

   — Ладно, идёмте, дорогой поговорим. Я уж и то закоченел тут...

22 ноября. Набережная канавки у Зимнего.

X. и Варя стояли у парапета. Дул сильный ветер. X. кутался в шинель.

   — А ты всё при ней, значит? — спросил он.

   — А тебе что до этого?

   — Так, значит, это правда? Я думал — слухи.

   — Да уж последние дни, надеюсь. Государь намекнул, что дом подарит — за верную службу. Да я и сама теперь могу купить, не бедная. Так что... — она со значением посмотрела на него, но он, похоже, не очень-то её слушал. — Ты что?

   — Что?

   — Ну вот, просил прийти, а сам мыслями неизвестно где витаешь.

   — Да, да, конечно.

   — Что — конечно? Что с тобой? Опять, да?

   — Ну, а тебе-то что за дело.

   — Ты ж обещал.

   — Мне отыграться надо было, долг отдать.

   — Но ты же обещал не садиться больше.

   — А что мне делать? Ждать тебя, пока ты со своими августейшими неге предаёшься?

   — Я ж предлагала — обвенчаемся, рядом был бы. А ты... Сказал бы прямо — всё прошло, и я бы не надеялась и не ждала тебя...

   — Да нет, Варя, нет, я по-прежнему... — Он обнял её, прижал к себе, а сам поднял голову, глядя на светящееся окна Зимнего. — Просто... сейчас такой период... Вся жизнь периодами — вверх-вниз. Сейчас вот — вниз.

   — Ну, а я подниму тебя, помогу. Я сильная, я смогу, ты только не противься мне, дай помочь тебе... Глупый ты мой, — она поцеловала его, — мальчик ты мой непутёвый. Замёрз весь, даже губы холодные... Идём со мной, идём, я согрею тебя, — и она повела его ко дворцу.

3 декабря 1880 года. Магазин сыров на углу М. Садовой и Невского.

Помещение выглядело запущенным, асфальтовый пол потрескался, на полу блестели лужи.

Они осмотрели магазин и прошли в заднюю комнату. Их было пятеро: Желябов, Перовская, Якимова, Богданович и Кибальчич.

   — Ну что, — сказал Богданович, — вчера подписали договор об аренде. Так что можно начинать.

   — А я считаю, — сказала Якимова, — что сперва ремонт надо сделать, потом лавку открыть, начать торговлю. А уж после только можно приступать к подкопу.

   — Зачем время терять? — возразил Богданович.

   — А затем, — ответила Якимова, — что пока мы не начнём торговать и к нам не привыкнут, всё, что тут будет происходить, будет подозрительным. Ты представь, сколько земли выкопать придётся. А коль тут ещё и ремонтные рабочие будут целый день?

   — Ну и что? Днём они, ночью мы.

   — Аня права, — сказал Желябов.