Стюардесса принесла подушку и заботливо подложила ему под голову. Откинула назад кресло, чтобы можно было вытянуть ноги. И была наконец награждена легкой улыбкой, которая, казалось, просила прощения за свое присутствие на таком агрессивном лице. Через несколько минут мистер Синклер уже спал.

Как только появилась свободная минута, Памела подошла к американке.

— Вы не очень хорошо себя чувствуете, миссис Харлингам?

— Все в порядке, дорогая, — стараясь, чтобы ее голос звучал бодро, ответила дама. Но ее лицо было почти прозрачным, а седые волосы под модной шляпкой сухие и безжизненные. На лбу выступили крошечные капельки пота. Памела видела, что, несмотря на все усилия скрыть это, миссис Харлингам была очень больна.

Моторы монотонно гудели в ночи. В салоне все было спокойно.

— Вы недавно болели? — мягко спросила Памела.

— Да, дорогая, болела, — подтвердила миссис Харлингам. — Я приехала в Европу отдохнуть и через месяц заболела. Несколько недель провела в больнице. Но мне очень хотелось вернуться домой в Нью-Йорк. — Она устало улыбнулась Памеле. — Знаете, как это бывает, когда вы не очень хорошо себя чувствуете и находитесь бесконечно далеко от дома.

Памела улыбнулась, сочувствуя ей.

— Врачи не были склонны разрешить мне лететь самолетом. Но я сказала, что никогда не вынесу поездку морем. Особенно зимой. Поэтому они дали мне вот это. — Миссис Харлингам показала маленькую круглую коробочку с пилюлями. — Они помогают мне держаться. Самолет совсем не качает. Не правда ли?

— Да, и мы долетим быстро, — успокаивающе сказала Памела. — Обычно мы должны останавливаться в районе Гусиного озера или Гандере на заправку. Но с этим рейсом вы будете дома спустя несколько часов. — Разговаривая с миссис Харлингам, девушка видела, что губы и ногти той совсем потеряли цвет.

— Извините меня. Я скоро вернусь, — сказала она и пошла в конец самолета.

— Не поможете ли вы мне? — обратилась Памела к довольно скромной женщине, сидящей в кресле рядом с кухней.

— Конечно, если смогу, — ответила удивленная пассажирка, а сама подумала, что обычно бывает наоборот.

— Через два ряда впереди сидит дама. Она не очень здорова. Не возражаете ли вы пересесть на ее место, так, чтобы она была рядом со мной? Тогда я все время буду видеть, что с ней происходит.

Женщина улыбнулась и сказала, что, конечно, она пересядет, и сделает это с удовольствием. Вдвоем они помогли миссис Харлингам пересесть назад и завернули ее ноги в пару одеял.

— Может быть, вы съедите что-нибудь легкое? — заботливо спросила Памела. — Например, омлет?

Миссис Харлингам слегка заинтересовалась.

— Может быть, но только маленький. Не будет ли это вам сложно готовить специально для меня? — Ее голос становился все тише, как будто ей было трудно даже закончить предложение.

Памела быстро пошла в кухню, включила маленькую электроплитку, взбила яйца и поджарила омлет. Поставила тарелку на пластмассовый поднос и постаралась как можно красивее разложить вокруг тончайший ломтик черного хлеба, кружочек масла и бумажную салфетку, сложенную в виде лилии.

Омлет получился очень аппетитным. Даже слегка покраснев от гордости, Памела поставила поднос на столик перед миссис Харлингам.

Большинство пассажиров уже спали.