— Мой самолет потерпел крушение, а в остальном… — Она попыталась саркастически улыбнуться сквозь дрожь. — Все хорошо, просто ребра болят. Уверена, ничего страшного. Вот у тебя кровь.

А у нее были расширены зрачки. Меня много раз били по голове, я знал симптомы сотрясения.

— Да это так, царапина. Тебе надо скорее на берег.

Живот скрутился в узел, и возникло нехорошее предчувствие, которое иногда на меня находило и велело быть внимательнее, подсказывало, что все не так, как кажется. Инстинкты меня никогда не подводили. Иначе я бы просто не пережил девятнадцать лет под одной крышей с отцом.

Впереди кое-кто из пассажиров уже выбрался на сушу и помогал другим. Чуть выше по течению я увидел отца с мальчиком; они почти пристали к берегу, но матери с младенцем нигде не было видно.

Сосредоточься на Иззи.

Стопами я нащупал камни и тут же обхватил Иззи за плечи и потащил, пока она не почувствовала дно. Нам повезло, что в этой части реки берег был покатый. Но сегодня весь день был полон чудесных спасений.

Стараясь не задеть ребра Иззи, я вытащил нас на берег и забрался на склон высотой с полметра. Мы оказались в лесу. Но где именно?

— Помогите! — раздался у меня за спиной детский крик.

Я оглянулся и увидел женщину, бежавшую к воде; она помогла ребенку в надувном спасательном жилете забраться на сушу.

— Спасибо, — вяло улыбнулась Иззи, которую я усадил под ближайшее дерево. — Я тоже могу помогать, — упрямо добавила она, схватившись за грудь слева.

Я опустился на колени рядом с ней. Губы у нее посинели; я взмолился, чтобы это было просто переохлаждение.

— Можно посмотреть? — спросил я и потянулся к ее жилету.

Она кивнула. Капли воды стекали по лицу; Иззи прислонилась головой к дереву.

Пальцы онемели, но у меня все же получилось расстегнуть ее жилет и приподнять край рубашки. Я выругался.

— Крови нет, но ушиб огромный. Не удивлюсь, если окажется, что ты сломала ребра.

— Тогда понятно, откуда боль. И еще, кажется, у меня что-то с плечом. — Она провела рукой по моим волосам. — У тебя глубокий порез прямо на лбу.

— Не страшно. Шрамы украшают мужчину. Девчонкам нравится.

Я всмотрелся в ее расширенные зрачки, из-за которых было почти не видно радужку ее красивых карих глаз.

Снова кто-то позвал на помощь. Иззи ринулась было вперед.

— Ну нет. Не шевелись. — Я внимательно на нее поглядел. — Я серьезно. Сиди здесь. Я сейчас вернусь.

— Только… не умри, пожалуйста. — Она привалилась к дереву.

— Пока не планирую.

Я спрыгнул с берега и стал помогать остальным. Вздохнул с облегчением, когда мама с малышом очутились на суше. Понадобилось минут десять, чтобы помочь всем выбраться; только плоты отнесло вниз по течению.

Я продрался сквозь толпу ошарашенных плачущих пассажиров и вернулся к Иззи. Мышцы дрожали от холода и схлынувшего адреналина.

— Видишь? — Она подняла правую руку и одарила меня вялой дрожащей улыбкой. — Я никуда не ушла.

— Хорошо. Я не в том состоянии, чтобы за тобой гоняться. — Я присел рядом и обнял ее за плечи, прижав здоровым боком к себе.