Голос некроманта заполнял всё помещение, словно громовой гул, и в такт этому неистовому воплю пульсировал на стенах и потолке кровавый свет. Чудовищные лики возникали и исчезали в воздухе, наполненном удушающим запахом адской серы. Многозубые пасти скалились на Фредерика, роняющие кровь когти тянулись к его лицу. А голос некроманта всё завывал и метался под сводами, призывая того духа, что обещал ему жизнь в новом теле.

— Ты принёс мне кровь?! — взревел, как сотня труб, голос.

— Я сам буду твоей жертвой! — пронзительно вскричал Седрик Макгибур. — исполни моё желание, и ты получишь это тело, и невинную душу, заключённую в нём!

— Мне мало! — закричал дух. — Ты зря играешь со мной, Седрик Макгибур! Где тётка, где пастор?! Мне нужны эти чванливые святоши, которые воображают, что они обрели спасение!

— Ты всё получишь. — твёрдым голосом ответил Макгибур, и Фредерик мысленно ужаснулся человеку, который рискнул спорить с духом преисподней.

— Исполни то, что я тебе велю. — продолжил Седрик, — И ты получишь пастора и тётку.

— Ты мне велишь?! — расхохотался дух. — И чем же ты меня заставишь?

— Да, я тебя заставлю. — с дьявольской гордостью отозвался колдун. — Ты многие столетия питался душами Макгибуров. Ты сделал этот замок жилищем смерти, оплотом алчности, обиталищем нечистых духов. Любой, кто входит сюда, уносит с собой печать проклятия. Но это потому, что некогда первый рыцарь рода принёс с собою из крестового похода чёрный камень, выпавший из иудиного сердца, когда смердящие внутренности апостола предательства выпали из его лопнувшего чрева. Ты обещал безродному пехотинцу, богатому лишь своим ростом и своей силой, что вознесёшь его и его потомков над его земляками — простыми крестьянами шира. Ты дал лучнику Гибуру звучное имя Макгибура. Но за это ты потребовал хранить иудин камень до тридцать третьего поколения. Я тридцать третий Макгибур в прямом потомстве. Я подлинный Макгибур без всякой примеси, поскольку рождён тридцатью двумя поколениями Макгибуров от кровосмесительной внутрисемейной связи. Тридцать три потомка Макгибуров служили тебе, дух. Теперь служи и ты мне, поскольку я последний Макгибур. Со мною вместе рухнет дерево Иуды, которое приносило тебе обильную жатву душ. Так что ж ты сделаешь мне, дух, чтобы оборвать эту тоненькую нить, что связывает меня с жизнью?

— Ты прав. — помолчав, ответил дух. — Я выполню твоё желание, но вместе с тем заключим новый договор: пусть дело Макгибуров возродится в новой крови — в свежей крови Уоллесов.

"Нет!" — хотел закричать Фредерик, но только бессильно забился в путах.

— Нет. — сказал чей-то голос, и Седрик стремительно обернулся.

— Ты, сестра? — промолвил он. — Зачем ты здесь? Почему не возвратилась в своё жилище?

— Моё жилище? — усмехнулась Глория. — Охранять твой чёрный камень? У него достаточно стражей, но я решила, что всё будет иначе.

— Как ты посмела?! — закричал Седрик. — Ты губишь меня!

— А разве ты не погубил меня? — зловеще проговорила Глория, приблизившись к нему. Она даже не взглянула на своего связанного супруга, словно её интересовал в этом склепе только Седрик Макгибур.

— Не позволь ей. — предупредил колдуна парящий над чашей крови дух.

— Не позволить что? — холодно спросила Глория.

— Она не сможет опрокинуть чашу. — успокоил духа Седрик. — У неё нет на это сил.

— Ты идиот. — успел промолвить тот, как в следующий момент из руки Глории вырвалась чёрная молния и угодила в чашу.