|
– А потому что я это видел. Видел это видение в душе. Это же случилось в душе, верно? Так вот, лилась вода, я видел тебя, тебе нравилось! Тебе нравилось быть с ним! Нравилось! Поэтому не ври мне, ты предала нас! Ты убила всех! Ты убийца! Гори в аду, Русо! Гори в чёртовом аду! Я ненавижу тебя! Убирайся вон отсюда! Ты всего меня лишила! Всего! Ты забрала у меня отца, которого у тебя не было! Ты завидовала мне, что ли? Ты поэтому убила папу?
– Господи, Стан, что ты несёшь? – в шоке шепчу я. – Я никогда не хотела смерти Рома.
– Хотела! Если бы ты не хотела, то он был бы жив! Ведь жив до сих пор Соломон, который вырвал чёртов глаз у отца и сожрал его у нас на глазах! Жив Томас, вырезавший лучших вампиров, верных вампиров! Жива же Наима, сучья шлюха! Живы все, а вот папа умер! Из за тебя! Ты его убила! Ты всегда мне завидовала! Ты… я ненавижу тебя. Я так глубоко ненавижу тебя, Русо. Ненавижу, – произносит Стан, внезапно обмякает и прикладывает ладонь к груди. Он оседает на пол и начинает снова раскачиваться.
– Ненавижу… убийца. Ты убила всех. Ты это сделала. Ты… защищала его… не меня. Ты убила папу… папу… моего папу. Я любил его… я так любил его, – Стан начинает рыдать и орать одновременно.
– Убирайся! Убирайся отсюда! Пошла вон! – орёт он, замахиваясь на меня, но сразу же падает на пол и весь скрючивается.
Я не в силах больше слышать всё это. Вылетаю из темницы и зажимаю рот ладонью. У меня буквально всё внутри оборвалось за пару мгновений. Я не верю… просто не верю… Стан… господи. Стан, да что с тобой происходит? Но ведь он прав. Я именно такая. Я мелочная, завистливая и алчная сука, как и остальные. А если он прав во всём? Если я, правда, всё подстроила так бессознательно, чтобы доказать всем, что могу. Томас… тогда он тоже говорил об этом. Он обличал меня и вывернул всё не так, как оно было. Я не понимаю. Не понимаю.
– Флорина, поднимись в зал заседаний. У нас совет, ты обязана на нём присутствовать, – по туннелю разносится холодный голос Томаса. Его даже не перебивают завывания Стана. Я не хочу никуда идти. У меня всё трясётся внутри от боли. Всё дерёт. Моя грудь горит, и я боюсь, что вот вот разрыдаюсь снова. Ведь Стан был прав. Он был прав.
Глава 13
Наш мозг работает быстрее, чем ваш, мой друг. Мы быстро запоминаем информацию и можем вспомнить её в любой момент. Конечно, когда проходит сто или пятьсот лет, то кое что мы не можем моментально вспомнить, но всё же помним. Надо просто напрячь мозг, а мы лентяи. Но не сегодня. За эти два дня я узнала много шокирующей меня информации. Признаю, меня напугало и оскорбило поведение Стана. Его слова ранили меня, нанесли ещё одни глубокие раны поверх не затянувшихся. Но я оправдываю его, потому что у меня достаточно оснований полагать, что это дело рук Томаса. Это он управляет моим другом, потому что его сознание расплывчато. Он даже говорит, как помешенный. Перескакивает с темы на тему, трёт себя, чешет, дёргается, скулит. Он словно с ума сошёл, и меня безумно страшит это. Хотя есть ещё кое что… слова Сава, его предупреждение, да и… и некоторые обстоятельства, о которых Стан не мог знать. Если честно, я уже не понимаю, во что верить. Мне нужна правда, а где я откопаю? Архивы? Нет, там вычищенная история, которая восхваляет род Монтеану и клан, но правда всегда кровавая и грязная.
«У стен есть уши».
Я услышала это несколько раз. Вампиры имеют идеальный слух. Всё, о чём ты говоришь здесь, они легко слышат, если только ты не в зале заседаний, там специальные звукоизоляционные стены для вампиров или если ты не в темнице. Там тоже глушат звуки стены и расстояние.
Что происходит?
Подавив в себе раненые чувства, панику и обиду, как и море слёз, я направляюсь в зал заседаний, который охраняют. Но мне открывают двери, и я вхожу внутрь. |