– Благодарю вас, – сказала она, сердито блеснув глазами.

Джим сочувствовал ей. Ано солгал насчет ловушки. Не было никаких причин, по которым Бетти могла не хотеть признаться, что она видела миссис Харлоу в присутствии сиделки и пожелала ей доброй ночи перед уходом на вечеринку. Но минуту спустя он расставил настоящую ловушку, и девушка в нее попалась. Ано вынудил ее обнаружить страх перед тем, что могла сказать о ней миссис Харлоу.

– Вам должно быть известно, мосье Ано, – холодно объяснила Бетти, – что женщины не всегда великодушны друг к другу и не всегда представляют возможные последствия своих обидных слов. Насколько я знаю, Жанна Боден и я были добрыми друзьями, но ни в чем нельзя быть уверенным до конца. Поэтому, когда вы внезапно прервали чтение, я захотела услышать ее показания до конца.

– Действительно, – вмешался Джим. – Это выглядело так, будто сиделка добавила какое-то неприятное замечание, которое было невозможно доказать или опровергнуть.

– Это недоразумение, мадемуазель, – виновато заговорил Ано. – Мы позаботимся, чтобы больше их не возникало. – Он снова посмотрел на показания сиделки. – Здесь сказано, что вы проверили наличие у мадам ее любимой книги и напитка возле кровати. Это правда?

– Да, мосье.

– Что это был за напиток?

– Стакан лимонада.

– Насколько я понимаю, он стоял на столике у кровати каждую ночь?

– Да.

– И в него никогда не добавляли снотворное?

– Никогда, – ответила Бетти. – Если миссис Харлоу не спалось, сиделка давала ей таблетку опиума и изредка делала укол морфия.

– Но в ту ночь этого не произошло?

– Насколько я знаю, нет. А если и произошло, то после моего ухода.

– Отлично. – Ано спрятал бумагу в карман. – Тогда с этим покончено. Итак, вы ушли из дому без пяти девять, оставив мадам в постели в обычном состоянии?

– Да.

– Перейдем к вашей вечеринке, мадемуазель. До возвращения домой вы находились в доме мосье де Пуйяка?

– Да.

– Вы помните, с кем вы танцевали? В случае необходимости вы могли бы предоставить мне список ваших партнеров?

Бетти встала, подошла к письменному столу и села перед ним. Придвинув к себе лист бумаги, она взяла карандаш и написала перечень имен, время от времени делая паузы и поднося к губам тупой конец карандаша.

– Думаю, это все. – Бетти протянула список Ано, и он положил его в карман.

– Благодарю вас! – Детектив выглядел довольным. Хотя его вопросы следовали один за другим, Джиму казалось, что он получал именно те ответы, которых ожидал. У него был вид человека, скорее выполняющего неизбежную формальность, чем скрупулезно проводящего расследование. – В котором часу, мадемуазель, вы вернулись домой?

– В двадцать минут второго.

– Вы в этом твердо уверены? Вы посмотрели на ваши часы или на часы в холле? Откуда вам известно, что вы вернулись в Мезон-Гренель именно в это время?

Ано слегка придвинул стул вперед, но ему не пришлось дожидаться ответа.

– Часов не было ни у меня, ни в холле. Мне не нравятся наручные часы, которые носят некоторые девушки. Ненавижу, когда что-то сжимает мне запястье. – Бетти махнула рукой, словно стряхивая раздражавший ее браслет. – И я не ношу часы в сумочке, потому что часто ее теряю. Я не была уверена, сколько времени я заставила ждать Жоржа – нашего шофера, – поэтому я извинилась, объяснив, что не знаю, насколько задержалась.