– Почему?

– Не понравились они мне. Носы высоко задирали. Говорили не как простые люди. И им явно не понравилось, когда я обмолвился про евреев.

– Мудро с вашей стороны, – улыбнулся Гюнтер.

– Не делись секретами с тем, кому не доверяешь, – сказал Билл. – Полезное правило.

Гюнтер тепло поблагодарил его за помощь и попросил сообщить Сайму, если объявится еще кто-нибудь. Сайм кивнул в знак согласия.

– Это его брата касается? – спросил Билл. – Он разбился сильнее, чем сказали? Уж не помер ли, часом?

– Скажем так, он не вполне здоров. А теперь мне хотелось бы получить у вас ключ от этой квартиры.

Билл посмурнел:

– Он принадлежит домовладельцу.

Гюнтер подумал: не собирался ли Билл сам устроить тут обыск, когда они уйдут? Сайм протянул руку. Старик неохотно достал ключ из кармана кардигана и вручил ему.

Сайм проводил Билла; на пороге дед обернулся, бросил последний любопытствующий взгляд и вышел. Гюнтер изучил фотографии отца Манкастера и университетской группы, потом посмотрел на Сайма:

– Не исключено, что мы застали бы их тут, если бы не засиделись в отделении. – Он мрачно улыбнулся. – Любопытно, что случилось бы тогда. Возможно, заваруха. Получается, у этих посетителей имелся ключ. Где они его взяли? – Он вглядывался в снимок из колледжа. – Я провел год в Оксфорде, знаете ли. Лет двадцать назад.

– Правда?

– Мне жуть как не понравилось. – Гюнтер скользнул глазами по ряду лиц. – Рожденные, чтобы править. – Он нахмурился. – Кто-то брал фотографию и рассматривал. Видите отпечатки пальцев?

– Старик?

– Зачем ему это? – Гюнтер поразмыслил. – Друзья из школы приехали навестить. Почти двадцать лет спустя после выпуска. – Он покачал головой. – А вот однокашники по университету, снимок которых хранится…

– Полагаете, это был кто-то из них?

– Возможно. Старик сказал, что они одного возраста с Манкастером.

– Но зачем врать? – спросил Сайм. – Если они из Сопротивления, придется привлечь особую службу.

– Я пока не знаю, кто это такие и что им нужно. – Гюнтер пристально вглядывался в фотографию. Вот он, Манкастер. Посмотрите на эту ухмылку. Не составит труда связаться с колледжем и выяснить имена остальных.

– А что потом?

– Не знаю. Простите. Я переговорю с моим начальством, а оно свяжется с вашим.

– Как-то не нравится мне все это, – признался Сайм. – Брат – американский ученый. Что он сказал брату и почему об этом не надо знать немцам?

– Понятия не имею. Обещаю: если здесь замешано Сопротивление, ваши люди не будут бродить в потемках. Теперь я намерен осмотреть квартиру, а потом мы заглянем к старику и спросим, трогал ли он фотографию и не узнает ли кого-нибудь из изображенных на ней.

– Помощь нужна?

Помедлив, Гюнтер сказал:

– Да. Да, спасибо.

Вместе они устроили методичный обыск. И не нашли ничего, кроме грязных журналов под кроватью. Однако Гюнтер быстро убедился, что квартиру уже осматривали: повсюду в пыли остались отпечатки пальцев, следы рук, деловито искавших что-то. Закончив, они встретились в гостиной.

– Унылое местечко, – заметил Сайм, глядя на паутину.

– Давайте потолкуем со стариком, покажем ему снимок. Затем вернемся в Лондон и выясним, что скажут в посольстве.

Гюнтер взял две фотографии – университетской группы и отца Манкастера – и сунул их под мышку, направляясь к двери. Напоследок он выключил свет, и комната с заколоченным окном снова погрузилась в кромешную тьму.