– Нет, – возразил Дэвид обиженно. – Как ты мог такое подумать?

– А откуда мне знать, что это неправда? – сердито огрызнулся вдруг Фрэнк.

– Мы полагаем, что немцы тоже знают об имеющейся у тебя ценной информации, – сказал Бен. – Вот почему нам пришлось срочно забрать тебя.

Фрэнк глядел на них. Переварить такое было трудно.

– Ты сказал полицейским что-нибудь, когда они навещали тебя в тот день? – задал вопрос Бен.

– Нет! И никому ничего больше не скажу. Может, я и не знаю ничего, – заявил он с вызовом.

– Отлично, Фрэнк, – примирительно сказал Дэвид. – Только, пожалуйста, доверься нам.

– Ты поэтому пытался себя убить? – спросил Бен. – Боялся, что кто-нибудь силой заставит тебя все рассказать?

Фрэнк понуро кивнул. Голова по-прежнему болела, но ему нужно было сосредоточиться. Он пока еще не вполне верил, что Дэвид и Бен говорят правду, но ощутил проблески того, чего не испытывал уже долгое время, – надежды.

– Они погонятся за нами, – сказал он.

– Да, – мрачно согласился Дэвид. – Нам предстоит прятаться здесь, пока наши люди не сообщат, что можно спокойно ехать в Лондон.

Мысль об этом ударила Фрэнка, словно током.

– Дэвид, а как же твоя жена? Твоя работа?

– Кончилась моя работа. Я теперь в бегах, как и ты. – Взгляд Дэвида был грустным. – Жена не знала, что я работаю на Сопротивление. Наши люди пытаются вытащить и ее тоже.

– Почему бы тебе не побриться, не переодеться в красивую одежду, которую мы прихватили для тебя, и не съесть чего-нибудь? – предложил Бен. Он положил Фрэнку руку на плечо, заставив его снова сжаться. – Все хорошо, не нужно ничего нам рассказывать, просто поезжай с нами. Только так нам удастся выжить. Ты сделаешь это, Фрэнк.

– Они погонятся за нами, – повторил Фрэнк. – Когда узнают, что` мы сделали.

– Им нас не поймать, мы ловкие.

– Я не хочу, чтобы меня снова накачивали, как вчера.

– Порядок. Я буду давать тебе обычную дозу. Только не нервничай.

– Я буду вести себя хорошо, – обиженно сказал Фрэнк.

Ему не нравилось, что Бен иногда обращается к нему, как к ребенку. Он склонялся к тому, чтобы поверить в их историю; но даже если все сказанное ими было правдой, немцы наверняка уже начали поиски. Если немцы хотя бы догадываются о том, что` ему известно, они приложат все усилия, чтобы его найти. «Я подожду, я улучу момент, я завершу начатое», – подумал он. Потом его взгляд упал на серьезное, несчастное лицо Дэвида, он вспомнил об их былой дружбе, и это воспоминание укрепило его решимость держаться за жизнь. Фрэнк сжал здоровую руку в кулак. Нельзя размякать. Есть только один надежный способ сохранить тайну.

Бен отвел его в ванную и побрил сам – Фрэнк предположил, что они не хотят доверять ему опасную бритву. Позже он переоделся под присмотром Бена. А когда закончил, подошел к окну спальни и выглянул на улицу. Гравийная дорожка, кусты, пальма, судя по всему погибшая. Все было покрыто инеем. Прямо под окном стояла машина, на которой они приехали, на ее крыше блестели кристаллики льда. Они находились всего лишь на втором этаже. Если выпрыгнуть, он упадет на машину и, может быть, сломает руку или ногу, но не более того. Чудовищность, ужас того, о чем он думал, о чем пытался думать, вдруг ошеломили его, он наклонил голову вперед и коснулся лбом холодного стекла.

Подошел Бен.

– Ты что делаешь? – резко спросил он.

– Ничего.

– Пойдем. Давай позавтракаем.

Бен взял Фрэнка за руку и повел к двери.