Остальные внизу уже поели, теперь они сидели вокруг стола и курили, пожилая женщина, которую он заметил вчера, хлопотала с посудой. Джефф встал.

– Доброе утро, Фрэнк. Тебе лучше?

– Еще немного как пьяный.

«Нужно казаться более одурманенным, чем я есть на самом деле», – подумал Фрэнк.

Женщина подала ему плотный завтрак: яичницу с беконом, кашу, тосты и масло. Фрэнк обнаружил, что жутко проголодался. Пока он ел, остальные смотрели на него. Была здесь и иностранка. Он заметил, что у нее слегка раскосые глаза. Она смотрела на него по-доброму, но в лице угадывалась некая суровость. Дэвид тоже побрился, но все равно выглядел измотанным, а вот Джефф был таким, как всегда, и попыхивал трубкой.

Потом Бен дал ему лекарство – всего лишь одну маленькую таблетку, обычную дозу, а женщина-иностранка вручила удостоверение личности, на лицевой стороне которого значилось имя: Майкл Хедли. Она склонилась к нему, посмотрев на него в упор, и сказала по-английски, с акцентом:

– Просто на случай, если кто-нибудь вздумает проверить у нас удостоверения, – это ваше имя. Посмотрите на него и запомните. Как думаете, Фрэнк, вы справитесь?

– Да-да. Справлюсь.

Ему было интересно, откуда она родом. Акцент, слава богу, не походил на немецкий.

– И еще направление от врача, поддельное, но сойдет за настоящее, – продолжила женщина. – Тут сказано, что у вас туберкулез, а мы – ваши друзья – везем вас в лондонский санаторий. Если у нас попросят удостоверения, то едва ли станут докапываться, потому что люди боятся туберкулеза. Каждую зиму заболевает все больше народу.

– Хитро придумано, да? – заметил Джефф.

– Да, хитро, – согласился Фрэнк.

Наталия обратилась к нему, как бы слегка извиняясь:

– Прежде чем уехать, хорошо бы помыть вам голову и расчесать волосы. Вы не против?

– Нет, – сказал Фрэнк, проведя ладонью по неровно отраставшей шевелюре. Идея выглядела привлекательной. – А нас могут остановить?

– Едва ли, – уверенно заявил Джефф. – Но в наши времена никто не поручится.

– Особенно с учетом того, что происходит с евреями, – согласилась Наталия.

– А что с ними делают? – спросил Фрэнк. – Я слышал, их всех перемещают.

– Мы не знаем, – уныло ответил Дэвид. – Их согнали в лагеря близ городов. Но что будет дальше, нам неизвестно.

– Быть может, их повезут по железной дороге на остров Уайт. И немцы всех убьют, – сказал Джефф. – Или Бивербрук оставит их там, где они сейчас, и будет использовать их как аргумент для торга с немцами.

– Их передадут немцам как пить дать, – с горечью сказал Дэвид. – А те отправят их в Восточную Европу и прикончат.

– Варвары! – взорвался вдруг полковник Брок, встав на ноги. – Сам я никогда не питал большой любви к сынам Израиля, но это… это варварство. Варварство!

Открылась дверь, и вошла его жена, лицо ее раскраснелось от возбуждения.

– Я только что получила сообщение по радио, – сказала она, посмотрев на Дэвида. – От наших из Лондона. С вашей женой все хорошо, наши люди ее вытащили!

Дэвида накрыла волна облегчения. Полковник Брок подошел и энергично пожал ему руку:

– Слава богу. Поздравляю, старина!

Джефф похлопал его по плечу. Фрэнк заметил, как Дэвид посмотрел на Наталию. Та коротко улыбнулась и кивнула.

– Вам всем предстоит пробыть здесь несколько дней, – продолжила миссис Брок. Прошлой ночью она явно нервничала, однако новости взбодрили ее. – Вокруг Бирмингема на дорогах выставлены посты. Но это к лучшему, так как они наверняка считают, что доктора Манкастера повезли туда.