– Кого-кого?

– Своего друга, Фрэнка Манкастера.

– Нет. Единственным другом, о котором я знала, был мистер Дракс.

– Вы уверены?

– Клянусь. Именем Божьим.

Гюнтер видел, что она говорит правду. На его лице, видимо, отразилось разочарование, поэтому Сайм сказал:

– Я ее заберу, когда вы закончите. Хочу узнать больше о том, как Фицджеральд добрался до ключа. Мы отвезем ее в штаб особой службы.

– Согласен.

– Прошу вас, можно мне устроить все с матерью? – попросила Кэрол.

– К черту вашу мать! – отрезал Сайм.

Кэрол посмотрела на Гюнтера, в ее глазах светилась отчаянная мольба.

– Я могу сказать еще кое-что, – проговорила она. – Больше мне ничего не известно, это последнее, что я хранила в себе. – (Гюнтер изогнул бровь.) – Это касается миссис Фицджеральд. Я подумала, что если я расскажу, то не причиню ей вреда, ведь это доказывает, что она не заодно с Дэвидом. – Сбивчиво и торопливо она поведала о визите Сары, о ее подозрениях насчет романа между Кэрол и Дэвидом. – Я ей призналась, что предупредила его. Сказала, что он, похоже, шпион. Она была потрясена, она не знала. Ну вот, теперь я рассказала вам все.

– Вы предупредили ее, а перед тем предупредили его, – произнес Гюнтер ровным голосом. – Если бы не вы, мы бы его взяли. Британские власти решат, как быть с вашей изменой. – Он не чувствовал жалости к ней: она была из тех женщин, который разрушают браки, губят жизнь других людей. – Насколько вы знакомы с Джеффом Драксом?

– Не очень близко, – ответила Кэрол, голос ее дрожал. – Я встречалась с ним несколько раз. Но он человек закрытый, его особенно не поймешь.

– Вы обсуждали политику с кем-то из этих людей?

– Нет. На госслужбе такое не принято, разве что собеседник – твой близкий друг. Мы с Дэвидом никогда… так и не преодолели этот барьер.

– Так вы с Фицджеральдом не спали? – прямо спросил Гюнтер. Женщина замотала головой. По ее щекам покатились слезы. – Он почти наверняка использовал вас, вы это понимаете?

Она посмотрела на него с неожиданной яростью:

– Я любила его. И хранила надежду, что он тоже… Это трудно для женщины – мы не можем сделать первый шаг, в отличие от мужчины. – Она коротко хохотнула. – Просто видеть его, просто ходить с ним на концерты, обедать… Это было… почти как наркотик. Получив малое, начинаешь мечтать о большем, не так ли?

– Долбаная потаскуха! – произнес Сайм.

Кэрол снова потупила взор, совершенно подавленная.

– Итак, мисс Беннет, – глухо проронил Гюнтер, – теперь с ваших глаз спали шоры.

Он подумал о своей жене. Он тоже любил ее, пока не узнал об измене. Кэрол посмотрела на него:

– Я до сих пор его люблю. Думайте обо мне что хотите, я ничего не могу с собой поделать.

Это жалкое заявление было произнесено с каким-то странным достоинством. У Гюнтера что-то дрогнуло в душе. Он посмотрел на Сайма:

– Быть может, вы сделаете так, чтобы местная полиция навестила ее мать и позаботилась о присмотре за ней? Мы ведь не хотим, чтобы старуха устроила публичный скандал.

Сайм пожал плечами:

– Наверное. Но эту я заберу в штаб-квартиру особой службы.

– Я отдам нашим людям распоряжение насчет машины.

Кэрол вжалась в стул.

– Советую быть с ними такой же откровенной, мисс Беннет, – сурово заявил Гюнтер, – как были с нами.

Сайм усмехнулся:

– Уж мы об этом позаботимся.

После допросов они с Саймом пошли в кабинет Гюнтера, чтобы переговорить.