— Эй, а как же отвальная? Без тебя никак.

— Ну соври чего-нибудь… не знаю, мол, позвонили из дома, помер кто-то из родственников. Придумай.

— Кончай темнить, Меткаф. Чего ты передо мной-то? В чем, на хрен, дело?

Сам улыбнулась, коснувшись его щеки. Ни к чему втягивать парня в историю.

Джимми Макчадо она знала еще с колледжа. Отучившись в Саут-Бенде, Индиана, они потеряли связь, но потом столкнулись во Флоренции — в филиале Нью-Йоркской киноакадемии на виа дель Пуччи Джимми собирался учить секретам кинематографии, — и старая дружба возобновилась. Через год Джимми перебрался в Фьезоле, но они по-прежнему часто виделись и перезванивались.

Во Флоренции он был единственным человеком, кому Сам могла довериться.

— Слушай, отвези меня на вокзал. Только и дела — убедиться, что я села в поезд.

— Ты чокнутая! С места не двинусь, пока все не расскажешь!

Сам задумчиво покусывала губу.

Лавируя меж коробок, она прошла в гостиную. Джимми расчистил на кушетке местечко и сел рядом. Сам взяла его за руку.

— Только никому… — Она ловила его взгляд. — Я серьезно.

Джимми чиркнул пальцем по губам:

— Могила!

— Помнишь Софи? Убитую англичаночку?

— Разве такое забудешь?

— Вчера мне позвонил ее убийца. — Сам ждала какого-нибудь отклика, но Джимми только хлопал глазами. — Сказал, чтобы я не ворошила прошлое.

— Что? Погоди, сдай назад. Ты знаешь убийцу?

— Видела. Но он меня знает.

— Так вот почему ты вчера примчалась. Что ж ничего не сказала-то?

— Потому что насмерть перепуталась… Кажется, он побывал в моей квартире. — Голос Сам треснул.

— Ладно, не трепыхайся, давай по порядку. Когда ты его видела?

— Дней за десять до убийства. Было уже поздно, я задергивала шторы и на другой стороне улицы увидела человека. Молодой, лет тридцати, среднего роста, с виду приличный — я не особо рассматривала. Подумала, мужик кого-то ждет. Но потом наши взгляды встретились. В его лице было что-то… меня прям откинуло… Только не смейся, но я решила, это мой поклонник. И мысли не было, что он ждет Софи. Я вспомнила о нем, лишь когда вернулась во Флоренцию и узнала, что произошло.

— В полицию сообщила?

Сам покачала головой:

— Заела совесть, и я уж собралась звонить, но прикинула: если это был убийца, он знает, где я живу и как выгляжу. Кто ему помешает явиться по мою душу?

— Так не явился же? — возразил Джимми. — До вчерашнего дня ни слуху ни духу, верно? Чего же он угрожает только через год? Почему сейчас?

— Откуда я, на фиг, знаю? Надо было сразу сваливать. Если б не работа, только бы меня и видели.

— Ты осталась из-за Федерико, себе-то не ври. Ему ты сказала о звонке? Вообще кому-нибудь говорила?

Глаза ее заволокло слезами.

— Нет, никому.

Сообразив, что требуется помощь, она сразу подумала о Федерико. В минуту слабости даже стала набирать его номер, но остановилась. Если б получила отказ, она бы разлетелась вдребезги.

— Саманта, милая, — тихо позвал Джимми. — Что происходит? Расскажи.

«Может, попросить его отнести ноутбук Эду Листеру?» — раздумывала Сам. За неимением чехла компьютер был обернут пузырчатой пленкой и засунут в парусиновый портфель, который вместе с рюкзаком и чемоданом стоял в прихожей. Сам колебалась.

— Не могу… Поверь, не надо тебе в это влезать. Слишком опасно. Нам пора, а то поезд уйдет.