— Так чего он хочет?

— Вам не приходило в голову, что вы единственный зритель на том показе?

Листер покачал головой:

— Я полагал, есть и другие.

— Увидев себя в кресле перед телевизором, вы не уловили намек, что вас выделяют? Что все, вплоть до кадра с телом на полу купе, предназначено лишь для ваших глаз?

— Тогда — нет. — Листер посмотрел на часы. — Но с тех пор об этом думаю.

Кэмпбелл усмехнулся:

— Он все спланировал. Второе письмо Сам Меткаф, где вам сообщали логин и пароль, было подложным. Наверняка его отправил Страж. Это не доказывает, что «представление» устроили только ради вас, но он хотел, чтобы вы присутствовали.

— Хорошо, но зачем? — Эд подался перед. — Почему я?

— Он вас вовлекает. Таков склад его ума. Ему нужен ваш отклик. Наверное, вы уже думали о том, что убийца вашей дочери на самом деле метил в вас.

— Это первое, о чем меня спросил Морелли. Я не знаю ни одной причины, по которой кто-нибудь желал бы навредить мне или моей семье.

— Возможно, вы что-то упустили. Отмотайте свою жизнь лет на десять — пятнадцать назад и вспомните всех, кто мог затаить на вас злобу. Может, была какая-нибудь сделка — купили клочок земли под застройку и, сами того не ведая, разрушили чью-то жизнь… что-то в этом роде. Может, кого-то унизили.

— Я никого не унижаю, мистер Армур. — Листер встал и взял пульт. — Когда ждать очередного доклада?

— Дайте мне пару дней. Только помните: Страж мог прикинуться маньяком и надеть личину охотника, чтобы скрыть свои истинные мотивы. Как бы то ни было, его миссия не окончена.

— Буду иметь в виду.

Экран погас. Кэмпбелл задумался, стараясь понять, что же не так в его клиенте. Несомненно, Листер искренен, но какой-то скользкий… Впечатление, будто он чего-то недоговаривает. Если так, это затруднит работу.

Кэмпбелл прислушался к звукам в доме: Кира принимает душ, Эми распевает в детской.

Хватит уже оттягивать с признанием.

Выпростав руку, Джелли нащупала на тумбочке радиобудильник и приоткрыла глаз. Еще пять минут. Она застонала, с головой укрылась одеялом и прислушалась к шуму машин, волнами долетавшему с Лексингтон-авеню. Из вчерашней встречи получилась одна сплошная гадость.

А чего она ожидала? Что каким-то чудом Фрэнк Ставрос за год изменится? И полквартала не проехали, как он стал ее лапать, а потом весь вечер вел себя мерзко и вызывающе, чем лишний раз напомнил причину их разрыва.

Она почувствовала небывалое облегчение, когда вернулась домой и захлопнула дверь. Ее ждало письмо от Эда: необходимо срочно связаться, произошло что-то важное.

Явная уловка. Проигнорировав письмо, она отправилась спать.

Сработал будильник — голос Мисси Эллиот будто озарил комнату солнечным светом. На площадке хлопнула соседская дверь. Ласло бренчал ключами и разговаривал сам с собой.

— Думаешь, я не знаю, что за мной следят? Я видел их на углу возле кубинской миссии, они смотрели на мое окно, — бормотал он.

Затем протопал к лестнице и ответил себе писклявым голосом:

— Зачем кому-то шпионить за этаким ошметком сала?

— Это слежка. Думаешь, я не понимаю… — Конец фразы пропал;

Лишь на слух Ласло казался чокнутым. При встречах на лестнице или на улице он всегда был вежлив и выглядел вполне нормальным. Джелли зевнула, сделала музыку погромче и направилась в ванную.

За десять минут приняв душ и одевшись, она села к столу в простенке меж окнами; одна из кошек, Мистигри, вскочила к ней на колени.