– «Джон» не годится – во всяком случае, для меня. Джон – имя твоего отца, и если я буду так тебя называть, то быстро запутаюсь и просто свихнусь.

Он рассмеялся, и юный Доннерджек вместе с ним. Мальчик прекрасно знал, что Рис Джордан – очень старый человек, гораздо старше, чем был бы сейчас его отец, если бы не умер, и большинство других пациентов в лечебнице Веритэ. Однако виртуальный облик Риса – стройный тридцатипятилетний мужчина – всегда оставался неизменным.

Необычные встречи обеспокоили Калтрис, когда она заметила необычную способность юного Доннерджека пересекать границы интерфейса, не пользуясь механическими и электронными приспособлениями. Хранительница проанализировала ситуацию и пришла к выводу, что, поскольку Доннерджек способен переносить свое тело через интерфейс, ускорение потока времени может привести к его преждевременному взрослению. Из уважения к желанию Риса сделать как можно больше в оставшиеся ему годы Доннерджек посещал своего наставника в долине Калтрис, используя виртуальный облик. Скоро он получил такое образование, которое никак не соответствовало его нежному возрасту.

Из них получилась странная пара: старик с внешностью человека средних лет и мальчик со знаниями – если не мудростью – студента. Однако они дружили искренне и крепко. Рис заменил юному Доннерджеку преждевременно умершего отца. Рис Джордан, в свою очередь, любил мальчика за его собственные качества и в память о Доннерджеке‑старшем.

Прошло время, и Рис вдруг понял, что, хотя он хорошо знал Джона Д'Арси Доннерджека, он относился к нему с профессиональным уважением – и не более того. Однако сын Джона, с его странной серьезностью, аналитическим подходом к любой шутке и весьма своеобразным отношением к человеческим проблемам, вызывал у старика совсем другие чувства.

– Нет, «Джон» не годится, ты уж не обижайся, сынок. Полагаю, другая форма твоего имени меня больше устроит. Если ты, конечно, не возражаешь.

– Вовсе нет, Рис, – ответил юный Доннерджек, с интересом глядя на своего наставника. Он почувствовал, что происходит нечто необычное, может быть, какой‑то этап его жизни подошел к концу. Ему даже показалось, что он станет совсем другим человеком после того, как Рис начнет называть его по‑новому. – И что же мы придумаем?

– Ну, можно было бы выбрать твое второе имя, но Д'Арси звучит слишком высокопарно...

– Хорошо.

– Из «Джона» очень удобно делать уменьшительные, – продолжал старик. – Например, «Джонни» и «Джек». Ты не похож на «Джонни», а «Джек Доннерджек» слишком напоминает детский стишок.

Калтрис, которая слушала их разговор, выставив из воды голову (маленькое Саргассово море зеленых волос), рассмеялась – мелодично, словно пение волн, набегающих на берег. Юный Доннерджек с серьезным видом кивнул.

– Кроме того, учитывая, что тебя назвали в честь отца, ты еще и младший. Получается Джон‑младший, слишком длинно. А сокращенно Джей‑Джей.

Рис Джордан посмотрел на серьезную мину сидевшего рядом с ним маленького мужчины. Даже с босыми ногами, не просохшими после купания вместе с Калтрис, он походил на «Джей‑Джея» не больше, чем на «Джонни».

– Но остается еще просто «Джей». Это имя таит в себе огромный потенциал. Похоже на полное, а с другой стороны, заставляет вспомнить целый ряд тотемных образов.

– Тотемных образов? – удивленно переспросил Доннерджек.

– Да. Первая буква имени в печатном варианте изогнута, словно рыболовный крючок, а в курсиве напоминает слегка повернутый знак бесконечности. А еще есть птица, которую называют «сойка» – синяя, совсем не редкая, любит копаться в грязи, не прочь что‑нибудь украсть при случае – по крайней мере кое‑кто так считает, – зато умеет оценить ситуацию.