Послышался новый скулеж, который, как я теперь понял, издавал Болеслав. Тут Хильд встала плавным, быстрым движением, не похожим на ее прежние судороги, и ткнула факелом в ту сторону, где стоял Эйнар, с белым лицом и волосами цвета воронова крыла, которые шевелились от тепла, исходившего от пламени.

- Я повела их вниз, а потом оставила, пока они таращили глаза, ускользнула обратно и заперла за ними дверь. Только Болеслав оставался здесь, и я позволила ему подойти к себе, как он и хотел. Только я не расставляла ног и стояла на правильном месте, а он промахнулся.

Она рассмеялась, и смех ее прозвучал как треск сухих веток под напором ветра. Пот стекал по спине и лицу, во рту пересохло, мы склонились над большой квадратной дырой. В мятущемся свете факелов можно было рассмотреть целые толпы внизу.

- Там сотни людей, - пробормотал варяг по имени Берси, вытирая рот тыльной стороной руки.

- Это воины Денгизиха, - хрипло сказала Хильд. - Вигфус теперь среди них; пытается понять, как выбраться. Он видел, как упал Болеслав.

- Значит, он в ловушке? - спросил чей-то голос, и я узнал Кривошеего. - Вот и ладно. Оставим их тут. Когда буря закончится, мы сможем уйти из этого проклятого богами места.

- А как же сокровище? - спросил кто-то еще. - И он сможет выбраться через эту дыру.

Берси фыркнул и сплюнул.

- Давайте вернемся через пару недель, - сказал он, - и посмотрим, кто остался, а кого съели.

- Нет! - голос Хильд звенел, как удар мечом по камню.

Ее трясло как в лихорадке, но в черных глазах, когда она гневно смотрела на Эйнара, вовсе не было белков, а ее указующий перст был грозен и неотвратим, как клинок.

- Убей Вигфуса. Мы договорились. Убей Вигфуса и всех его людей. Тогда мы пойдем к могиле Атли.

Эйнар кивнул. Все смолкли. Он ступил на узкий выступ, не шире, чем ладонь, легко и изящно сделал три быстрых шага и переступил порог.

Сглотнув, я взял факел у Хильд. Она смотрела на меня, и мне пришлось отвести взгляд от этих черных глаз, будто выточенных из гагата. Они таили что-то... что-то более темное.

Кетиль Ворона был так же ловок, как Эйнар; Кривошеий, быстро отерев рот, шагнул неуверенно, боясь оторвать ноги, а потом прошел и я, видя фигуры внизу и внезапную искру трута. Один за другим мы пересекали черту.

Эйнар кивнул.

- Мы прикончим Вигфуса здесь, ребята. Отсюда ему не сбежать.

«Мы договорились». Эти слова грызли меня, ворвались в размышления о том, как Вигфус ускользнул после боя на русском корабле. Случившееся тогда вновь обрушилось на меня, как поток холодной воды.

Она договорилась о Вигфусе с Эйнаром. Она угадала в Хегни одного из людей Вигфуса и сказала об этом Эйнару, а потом назначила цену за то, что отведет Эйнара к серебру Атли - и отдала свой бесценный талисман, древко копья.

Вигфус бил ее и насиловал, а теперь познал ее месть.

Она договорилась с Хегни, сделав вид, будто хочет убежать от Эйнара, - и все с ведома Эйнара. Он попытался устроить ловушку на русском корабле, вот почему все его люди были вооружены и в кольчугах; он знал, что будет набег. Но когда оказалось, что Вигфус не участвует, он позволил увести Хильд, задумав поймать Вигфуса в ловушку в городе.

Это тоже не вышло, план провалился... Но он верил, что достаточно хорошо знает Хильд, что она поведет Вигфуса туда, где тот попадет в конце концов в западню и будет убит. Ему оставалось только идти следом - сюда.

Да, Эйнар немного тревожился и даже стал хуже спать - но она выполнила свою часть сделки.

Тут я обмяк, ощутив внутри пустоту. Все было проделано хитро и безжалостно, и виноватых не было.