Когда мы переоделись и спрятали лётные костюмы в багажный отсек, к нам подошёл Рубин. Он выглядел встревоженным.

— Ребят, в общем, такое дело. Я не мог сканерами достать до выгородки — вон там, сзади, — он указал направление. — Там экран. Прогулялся. В общем… Тор, мы что-то похожее в Подмосковье видели.

— В смысле? — озадаченно переспросил я.

— Лучше сам глянь, — ответил Рубин.

Я включил фонарик — светодиодный «Маглайт» — и пошёл в указанном направлении.

За металлическим щитом я ожидал увидеть какие-нибудь технические штуковины для обслуживания самолётов, стеллажи с запчастями или что-то в этом роде. Но вместо этого там оказалось помещение, длинной метров десять и шесть метров в ширину, внутри которого концентрическими кругами были расставлены металлические бочки, выкрашенные в красный цвет. В центре помещения стоял круглый пластиковый стол, на белой столешнице которого неряшливыми мазками какой-то коричневой краской был нарисован равнобедренный треугольник, вписанный в круг.

Я подошёл к ближайшей бочке. На ней лежало что-то вроде грязной тряпки. Я не стал трогать её руками, вместо этого подошёл вплотную, посветил фонариком и нагнулся, чтобы рассмотреть получше.

Пуля оказался менее щепетильным: он тоже подошёл к соседней бочке, и поднял похожую тряпку.

— Обалдеть! — сказал он ровно в тот момент, когда я разглядел, что это кусок кожи с человеческими волосами. — Это ж скальп!

Я выпрямился, поморщившись.

— Положи на место. И лучше не трогай, — сказал я. — Биологическую безопасность никто не отменял.

— Понял, — кивнул Пуля. После чего достал из кармана дезинфектор и пару раз прыснул себе на ладонь.

Я одобрительно кивнул.

Осмотрев остальные бочки, мы обнаружили ещё одиннадцать скальпов. Всего тринадцать. Потом я подошёл к центральному столику, наклонился и принюхался. Похоже, то, что я изначально принял за коричневую краску было кровью.

Мы вернулись к Пуле.

— Видел, да? — спросил он.

Я кивнул.

— Какие-то местные индейские радикалы? Обострение старых противоречий? — предположил Пуля.

— Этот символ, — ответил я. — Треугольник в круге. Мы его уже видели с Рубином.

— Ого! В Подмосковье? — удивился Пуля.

— Ага, — кивнул я.

— А скальпы там тоже были?

— Там были другие вещи… но нет, скальпов не было, — ответил Рубин.

— Значит, местная специфика, — удовлетворённо кивнул Пуля. — Слушай, а сканеры самолёта могут мёртвые тела обнаруживать? — спросил он. — Когда сюда катились смотрел по окрестностям?

— Смотрел, — утвердительно ответил Рубин. — В километре к северу скелет коровы. Пара койотов охотится в трёх километрах на запад. Ещё тут полно мышей. Но трупов нет.

— Впечатляет, — заметил я.

— А есть какие-нибудь сооружения? Вроде этой выгородки, за которой не видно, а? — не унимался Пуля.

Рубин нахмурился.

— Подвал диспетчерской. Где-то полтора километра отсюда, почти по центру полосы. За ним три брошенные машины. В багажники заглянуть не могу. Да и в салоны не очень, если честно — угол неудачный.

— Значит, тела могут быть там, — сказал Пуля. — А что, если это и были наши встречающие?

Мы с Рубином переглянулись.

— Не, ну представьте, тут была сходка эти… как шеф говорит, радикалов.