Рядом с мужиком стояла женщина. Худая, с выразительным волевым лицом и длинными светлыми волосами. «Наверно, жена», — подумал я.

— На мародёров они вроде не похожи, — тихо сказала она на уху мужику.

Впрочем, недостаточно тихо: мы услышали. Ночь была тихой.

— Пожалуй, — согласился тот.

Говорили на английском, с непривычными «жующим» акцентом, проглатывая окончания.

— Те так себя не ведут… и эти чистые слишком, — продолжал мужик, критически оглядывая нас.

— Вы с Украины, что ли? — выдала женщина. — Акцент похож.

Мы с Пулей переглянулись. Тонкий момент: сходу выдать правду опасно — всё-таки ядерная война случилась именно между нашими державами. А с вранья начинать знакомство не хотелось, особенно учитывая нашу высказанную ранее просьбу связаться с властями…

— Нет, — ответил я. — Не с Украины.

— Значит, русские? — спокойным тоном продолжал мужик. — Беженцы, так? Из Калифорнии небось идёте к цивилизации, так?

— Русские, — согласился я.

— Ну ясно… вообще хорошо смотритесь для такой дороги. В диспетчерской трубу нашли, так? Умывались?

Я сделал паузу, соображая, как лучше ответить.

— Да не бойтесь, вода там самотёком из скважины идёт. Вполне нормальная, её даже сейчас пить можно, так? Мы всё собираемся полив организовать для дальнего поля — да руки никак не доходят… молодцы, что в человеческом виде себя держите. А то с той стороны впервые месяцы торчков было, стада целые. Как в «Ходячих», один в один. Смотрели «Ходячих»?

— Я смотрел, — вмешался Пуля. — Только первые два сезона. Дальше там ерунда какая-то пошла.

Я вдруг обнаружил, что на английском он говорит, пожалуй, лучше меня. Даже умудряется имитировать акцент, очень похоже. Я бы на слух не отличил от местного, а слух у меня острый.

Мужик рассмеялся.

— Да-да, многие так говорят… — ответил он. — Значит, вы ходите на гражданство Конфедерации подать, так?

— Очень возможно, — дипломатично ответил я.

— Тогда вы по адресу.

Мужик подошёл ко мне и протянул широкую, как лопата, ладонь.

— Я Колтон. Колтон Крайслер. А это моя жена Джен, — представил он.

— Дмитрий, — ответил я. — Можно просто Дима. А это мой брат Павел.

Пуля с удивлением посмотрел на меня. Я едва заметно улыбнулся и пожал плечами.

— Брат, значит… хорошо, что друг друга держитесь — а то у вас в Калифорнии там такое с семьями творилось, такое рассказывали, что волосы дыбом… люди друг от друга отрекались, ненавидели, чуть ли не убить грозились — только за то, что кому-то нравился Трамп перед последними выборами. Представляете себе такое? Дети на мать кидались, сёстры на братьев — сплошь и рядом.

— У вас, значит, иначе было? — уточнил я.

— Ну как… всякое, конечно, случалось. Но в целом народ тут куда как спокойнее, — ответил Колтон. — Вы это… рюкзаки свои в кузов, а сами можете на заднее сиденье. Мы сами сейчас в город едем — добросим. Мэр и команда до завтрашнего вечера, понятное дело, будут в отключке. А вечерком вы к нему загляните, всё оформит в лучшем виде.

Я стал лихорадочно вспоминать, какой сегодня день недели, с учётом перелёта. Выходило, что вроде четверг — но, наверно, я ошибался. Иначе с чего бы вдруг мэр был в отключке? Значит, сегодня пятница, все ходят по барам, все дела… как в старые добрые времена.