— Ездил когда-нибудь? — он кивнул на снегоход.

— Пару раз. Давно, когда курс проходил, — ответил я.

— Ну да наука не сложная. Управление стандартное. С этой моделью не знаком?

На сером кузове снегохода было написано «Варяг — 550». О таких я даже не слышал, честно признаться, наверно, появился не так давно. Импортозамещение в действии.

— Нет, — ответил я. — До этого на «Ямахе» катался.

— Ну ясно. Техника неприхотливая и надёжная, — продолжал Фёдор. — Одевайся да поехали. Директор говорит, срочное дело, Сашке худо совсем.

Я кивнул и молча подошёл к стеллажу, где лежали комплекты шлемов с очками и термокомбезы. Выбрав те, которые более-менее подошли мне по размеру, я быстро оделся.

— Серьёзная штука, — Михалыч указал на мой арбалет, который я, переодеваясь, положил рядом на стеллаж. — Охотник?

— Нет, — ответил я. — Прикупил, когда понял, к чему всё идёт.

Михалыч хмыкнул.

— На такой вроде разрешение нужно… ну да твоё дело. У меня вот что есть, — он указал на карабин, притороченный к седлу снегохода. Я охотник.

— Ясно, — кивнул я, надевая шлем.

— Я поведу первым. Потом меняться будем. С водой осторожнее, флягу у двигла не сдвинь, а то застынет ещё.

— Понял, — ответил я, уже через шлем.

— И с канистрой тоже осторожнее. Смотри, чтоб не упала.

Канистра с дополнительным горючим была приторочена к спинке заднего сиденья. Мне места оставалось не так уж много. Я с удовольствием отметил про себя, что Ольга точно бы не влезла.

Через минуту мы уже летели по заснеженному полю, взбираясь на холм, а посёлок, подсвеченный закатным розово-красным светом, оставался внизу. Со стороны он выглядел покинутым: фонари не горели, в окнах было темно. И почему-то от этого зрелища на душе становилось как-то особенно тревожно.

Мы поехали на снегоходе, чтобы объехать пятно осадков, перекрывшее трассу. Когда думали над планом, директор позвонил Фёдору из своего кабинета, выслушал его соображения, в результате чего маршрут был скорректирован.

Глядя на распечатанную карту в кабинете директора, я постарался запомнить все ключевые особенности маршрута и приметные места, по которым я мог бы ориентироваться. Благо навыки владения мнемотехникой до сих пор работали. Но всё равно: в темноте ориентироваться было сложновато.

Вскоре окончательно стемнело, но к ночи прояснилось: над нами зажглись яркие звёзды. Свежело, но в термокомбезе было вполне комфортно. Ветер его не продувал. К тому же, я предусмотрительно не стал отказываться от собственного термобелья.

Фёдор вёл снегоход уверенно. Места для него явно были знакомыми.

Часа через два мы выехали на высокий холм. Насколько я помнил, здесь до границы пятна заражения было минимальное расстояние по намеченному маршруту. Фёдор остановил снегоход и слез с водительского места. Я тоже поднялся, разминая ноги.

— Руки задубели, — сказал он. — Надо меняться. До города отсюда не так далеко. Дорогу точно помнишь?

— Сюда пять километров и возле холма с ЛЭПами налево, — ответил я, показывая направление.