Ольга молча кивнула.

— После учебки… в первую же неделю… я как дура начала верить, что всё в порядке будет, что всё образуется, что на войне люди тоже выживают… — она тихо всхлипнула.

— У нас в январе была, — сказал я. — Наша годовщина.

— Сколько лет?

— Три.

Ещё одна долгая пауза, наполненная тягучей тишиной. Только Сашка продолжала тереться о мои ноги, видимо, рассчитывая на внеплановое угощение.

— Как… как это случилось? — спросила она.

— Автокатастрофа, — ответил я. — Она только недавно начала на машине ездить. Сдала на права полгода как… в основном каталась по Одинцово — садик-школа-торговый центр. Очень любила свою машинку, у неё «Киа Пиканто» была… в тот день я должен был отвезти их на прослушивание в музыкальную школу в центр Москвы. Но важный клиент перенёс тренировку. Я хотел им такси заказать, но она решила, что уже достаточно опыта набрала и поехала сама…

— Ваня не пострадал?

— Вообще ни царапины… а она погибла мгновенно. У него на глазах.

Ольга зажмурилась.

— Дим, прости…

— Всё в порядке. Ты тоже прости если что не так…

Я хотел добавить ещё что-то ободряющее, но тут в дверь постучали. Мы с Олей переглянулись, и я открыл замок. На пороге стояла вахтёрша и протягивала мне трубку радиотелефона.

Я взял аппарат.

— Слушаю, — сказал я.

— Дмитрий, большая просьба к вам будет. Утром, как только рассветёт, Саныч за вами заедет. Около часа назад кто-то пытался напасть на поезд. Нам очень нужна ваша помощь, чтобы понять, кто это был.

Глава 17

Их было двое: мужчина и женщина. Обоим лет по сорок-сорок пять. Одеты обычно: пуховики, тёплые штаны, походные ботинки. Будто собирались на пикник в зимнем лесу. Мужик совершенно серый и неприметный: плюгавенький, с едва намеченным брюшком, которое стало видно из-за расстёгнутого пуховика и задранного шерстяного свитера. Женщина напоминала школьную учительницу — крашенные рыжеватые волосы, простой макияж и строгое удивление, навсегда застывшее на её лице, будто заправский двоечник вдруг отлично ответил на вопрос у доски.

Женщина была убита выстрелом в грудь из дробовика. У мужчины на шее виднелась резная рана, которую оставил кто-то опытный и сноровистый. Рядом на снегу была застывшая на снегу кровь. Много крови.

Необычным было то, что и мужчина, и женщина сжимали в руках новенькие «Глоки».

Саныч привёз меня, Ольгу и директора. На месте нас встречал Фёдор и ещё несколько дюжих мужиков с охотничьими карабинами и ружьями. У одного из них была перевязана рука, и Ольга сразу направилась к нему, чтобы забрать в салон УАЗика и обработать рану.

— Однако… — вырвалось у меня, когда я увидел оружие.

— Угу, — согласился стоявший рядом Фёдор.

— Ночью кто-то был рядом? — спросил я.

— Конечно, — кивнул охотник. — Мы менялись каждые два часа. Шеф сказал, что остальное до утра терпит, — он кивнул на Петра.

— Как всё произошло? — спросил я.