Глава 8

— Сильно наказал? — шепотом спросил Драко. В спальне было тихо, Крэбб с Гойлом предпочитали заваливаться спать сразу после ужина, не тратя времени на какие-то там задания, и теперь уютно похрапывали. — По десятке баллов с каждого, — ответил Руди. — Ерунда, отработаю. Ты как, спать? Или потреплемся? Повисло неловкое молчание. — Вдруг это кто-то из них проболтался, просто по глупости? — дрогнувшим голосом произнес Драко, кивнув на соседей по спальне. — Я не могу теперь... — Вот дурак, — ответил Руди, сгреб свою подушку и запулил ею в Драко. — Погоди, я свое одеяло возьму, раз ты такой целомудренный. Можешь положить между нами учебник физики, меча я как-то не припас. — Да ну тебя! — невольно засмеялся тот, глядя, как кузен задергивает полог. — Жалко, я не умею еще заглушающие чары ставить... — А?.. Как это я не сообразил... — Руди прикрыл глаза, потом мотнул головой, словно прогоняя звон в ушах. — Все. Готово. — Что? — Ну, я это называю "пологом тишины", в книжке какой-то название увидел, понравилось, — сказал он. — Снаружи никто ничего не услышит, а мы услышим всё. Я дома проверял, работает. Ну, знаешь, иногда охота допоздна почитать или телик посмотреть, а родители проверяют, сплю я или нет. Тихо и темно, стало быть, сплю... Вот. А тут не вся комната, а одна кровать, заглушку поставить несложно. — Руди, ты что, невербальной магией владеешь? — тихо спросил Драко. — Это мало кому дано... — Да? А по мне, так с палочкой сложнее, — усмехнулся тот. — Невербальная магия? Буду знать, что это так называется. — Ну, блюдо ты в Уизли точно не руками запустил, не дотянулся бы, я видел. Как ты выучился? — Хм... Я просто прежде думал, что владею телекинезом. Это у магглов так называется способность двигать предметы силой воли, — пояснил Руди. — Еще пирокинезом — могу огонь разжечь... Ну и всякими прочими кинезами. Оказалось, это магия. Ну а поскольку палочки у меня не было, то я и научился... Драко помолчал, осмысливая сказанное, пришел к выводу, что с кузеном ему очень повезло, и спросил: — Нашел еще что-нибудь? — Мало... — Руди раскрыл обычный дешевенький блокнот, исписанный убористым почерком. — Давай хронологию посмотрим.  — Давай. — Гляди: на Хэллоуин восемьдесят первого года этот... как его... — Лорд, — поежился Драко. — Пускай лорд... короче, он уже был повержен, по официальной версии, убился о Поттера. Но отчего-то в конце того же года или даже начале следующего, когда все уже расслабились, Лонгботтомов ловят и начинают выпытывать у них, куда этот лорд подевался. В итоге оба сходят с ума. И тут у меня сразу возникает уйма вопросов... — Руди почесал карандашом за ухом. — Ладно, я еще могу поверить в то, что лорда искали, на Лонгботтомов вышли не сразу, а те не сидели на месте под Фиделиусом, как Поттеры. Меня смущают пытки. — Чем именно? — подал голос Малфой. — Да всем! Я почитал про Круциатус, ну, то, что можно найти в открытом доступе, так вот там сказано: палач должен наслаждаться болью жертвы, иначе ничего не выйдет. — Ну да, так и есть, — недоуменно произнес Драко. — А что? — А то, что это будет не палач, а садист, — задумчиво произнес Руди. — Непонятно? Тот помотал головой. — Ух... Ладно. Смотри: есть садист, который получает удовольствие от страданий жертвы. Иногда пацаны так кошек мучают: кошка вопит, корчится, а они от этого тащатся. Вот тебе любитель Круциатуса в полный рост. Но если надо что-то узнать в подробностях, такой человек не годится, он может увлечься и угробить допрашиваемого. Я читал про средневековых палачей: это же были мастера своего дела! У них жертва не умирала и не теряла сознания до самого конца, — спокойно сказал Сент-Джон.