| — Они четко знали, когда нужно остановиться, облить пленного холодной водой, дать отлежаться, а потом продолжали, иногда неделями напролет. И они вряд ли испытывали удовольствие, это была работа, тяжелая и грязная, но вполне уважаемая. Нет, ну наверняка держали и палачей попроще, там... не знаю, вкатить плетей в наказание или еще что, но мастера заплечных дел на эмоции точно не отвлекались! Думаю, у лорда было так же: чтоб допросить, имелись серьезные специалисты, а просто для наказания и какой-нибудь псих мог легоньким Круциатусом кинуть. — Погоди, кажется, до меня начинает доходить... — нахмурился Драко. — Там одно из двух: или Лонгботтомов запытали просто так, чтобы кайф поймать, или все-таки выбивали информацию. Но тогда все равно глупо! Выходит, что сперва истязали мужчину, а когда он рехнулся, взялись за женщину, — продолжил Руди, не слушая его. — Но это бред. Логичнее и разумнее было начать пытать ее на глазах у мужа! А еще круче — взяться за Невилла. Кстати, где он был в это время, я так и не выяснил. Может, у бабушки... — Я тебя иногда боюсь, — пробормотал Малфой, вжимаясь в стену. — Меня не бойся, я не псих, я просто пытаюсь мыслить логически. И, знаешь, судя по тому, что я успел прочитать, мои биологические родители тоже сумасшедшими не были. Фанатиками — да, но с головой дружили, и эта вот постановка совсем не в их духе. — Руди перелистнул страничку. — Поехали дальше. — А что дальше? — Теперь у нас на очереди судебный процесс, — ответил тот. — Вернее, сперва черная дыра — как изловили Лестрейнджей и компанию, толком нигде не сказано, — а потом уже суд. И тут начинается полная фантасмагория! — Не понял... — Чего тут не понять... Сказано, что обвинение основывалось на показаниях Лонгботтомов, но они не вполне надежны вследствие пыток. А теперь скажи мне, пожалуйста, какие вообще свидетельства можно получить от людей, которые сына не узнают?! И вообще овощи овощами! — Ой... — сказал Драко, глядя на Руди во все глаза. — А где показания всех троих Лестрейнджей и Крауча-младшего? — продолжал тот. — Почему их не допросили под веритасерумом? Почему не использовали думосброс? Где легилименты? Да не пялься ты на меня так, Драко, я учебники за старшие курсы полистал, там обо всем этом сказано... — Ты хочешь сказать, что обвинение... ну... сфабриковано? — Да черт его знает, — досадливо ответил Руди. — Может, не совсем. Отомстить аврорам предки вполне могли, но мотив... мотив никуда не годится. И метод исполнения... Не верю, хоть убей! Малфой невольно поежился и плотнее завернулся в одеяло, поглядывая на сосредоточенного Сент-Джона. Свет слабенького Люмоса резко очерчивал черты его лица, и мальчик казался намного старше своих лет. — Материалы по делу мне никак не достать, — задумчиво продолжал тот. — Очевидцев нет. Кстати, и правда, Драко, других-то свидетелей тоже нет! Только Лонгботтомы и эти четверо... Поговорить с ними нереально, в Азкабан ведь не пустят? — Нет, что ты! Только если ты объявишься как кровный родственник, тогда, может быть... — Рано, — мрачно сказал Руди. — Ладно, продолжим работать с источниками, вдруг что всплывет. С Лонгботтомом бы поболтать, он мог что-то от бабушки слышать, но где его поймаешь? — На гербологии, — улыбнулся Драко. — Кстати... Что ты сделал с мандрагорой? — А что я с ней сделал? — Ну-у-у... она у тебя одного не лягалась и не кусалась! Малфой прищурился. Сент-Джон недоуменно пожал плечами. — Не припоминаю ничего особенного. Ладно, хватит болтовни, у меня уже голова пухнет... Спать! И он пальцами загасил огонек Люмоса, как обычную свечу. "Как же, ничего особенного!" — фыркнул про себя Драко, зарываясь в подушку. Он стоял рядом и прекрасно видел, что Руди не последовал инструкциям мадам Спраут, не стал хватать бедную мандрагору за листья и выдирать из горшочка. |
