― Ну… ― произнесла я, положив руку ему на плечо. ― В значительной мере это правда. Долгое время мне было плевать на ужасные вещи, которые он творил.

― Ты была ребенком! ― вспылил Тайлер.

Я поморщилась от громкости его слов.

― Мне жаль, ― сказал он осипшим голосом, будто кричал несколько часов, а не пару минут. ― Прости. Просто я не могу... не могу до конца понять это. Мне нужно больше времени.

Он поднял на меня взгляд, в котором сверкнула серьезность. Еще никогда он не был так похож на того юного золотого парня как сейчас.

― Мне так стыдно. Я не знал, что ты сделала это от отчаяния. Я понимал, что тебе здесь плохо, но считал, ты сама выбрала этот путь.

― Так и было.

Но мы оба понимали, что было бы со мной, посмей я уйти. Уже долгое время я знала, что единственный выход из холодных объятий Карлоса ― это шесть футов под землей. А после увиденного результата наказания Карлоса, казалось, Тайлер тоже осознал этот факт. То, что смерть была малопривлекательна, не делало ее менее подходящим выбором, и настанет день, когда я уступлю ей. Но не сегодня.

― Я хочу, чтобы ты ушла.

Я закатила глаза.

― Ты говоришь это всем девушкам? Потому что не могу представить, будто ты пользуешься популярностью.

― Я серьезно, ― настаивал Тайлер. ― Я и раньше тебе говорил. Ты можешь обратиться в службу защиты свидетелей. Я могу обеспечить твою безопасность.

С таким же успехом, он мог предложить мне отправиться в колонию на Марсе, ведь все-таки безопасная жизнь значила для меня нечто реальное.

― И что будет с девушками, которых готовят на продажу? ― напомнила я ему. ― Карлоса уже трясет от новости о предателе. Если я исчезну, то он поймет, что что-то происходит. И вероятнее всего заподозрит, что мне тоже помогли сбежать. Вся операция насмарку. А этих девочек, в конечном итоге, продадут в другом месте, и вы их никогда не найдете.

Тайлер ничего не ответил, зная, что я права.

― Поэтому я остаюсь, ― тихо сказала я.

В этом заявлении прозвучала значимость и окончательность, которую я чувствовала всем своим существом. Последний удар, который я нанесу Карлосу. Успешно или неудачно ― в любом случае, все закончится. И после я, возможно, обрету покой, даже если в сосновом гробу.

― Я прикрою тебя, ― категорично заявил Тайлер.

Я горько улыбнулась.

― Ты мне даже доверять не можешь. Не говоря уже о том, чтобы прикрывать меня.

― Я обещаю, ― настаивал Тайлер. ― Я доверяю тебе. Прости меня. Мне хотелось бы искупить свою вину, но для начала я надеюсь, ты примешь защиту и надежность.

― Хорошо, ― снисходительно согласилась.

― Все будет хорошо, ― сказал Тайлер, хотя, я не знала, кого он больше пытался убедить. ― Когда все закончится, я устрою тебя в безопасном месте. Где ты сможешь начать новую жизнь, подальше от этого места.

Я и с этим согласилась. Времени было достаточно, чтобы позже выяснить правду.

Глава 6

Я изучала непроницаемое выражение лица Тайлера через отражение в зеркале, пока замазывала тональным кремом синяки. Сосредоточившись на внешности, я приводила себя в порядок, маскируя ушибы. Он сидел, откинувшись в кресле в углу и наблюдая за мной.

Непринужденная поза может одурачить женщину с меньшим опытом в считывании языка тела мужчины. Но широко раскинутые руки и раздвинутые бедра были напряжены как у пантеры, готовящейся к прыжку. В глазах затаилась энергия, которую в прошлом, видя у многих мужчин, я научилась остерегаться.

Он настоял, чтобы проводить меня назад в комнату и удостовериться, что я устроилась ― и стабильна ― прежде чем вновь приступить к работе. Очевидно, сюда же было включено пассивное наблюдение за моими косметическими процедурами. Не то чтобы созерцание имело сексуальный характер. Скорее хищный.

После нанесения основы и тонального крема я припудрила лицо. Хороший макияж накладывается тонкими слоями, сочетающимися друг с другом в отличие от плотной замазки.