Он кончил с легким кряхтением ― музыка для моих ушей. Соленая жижа покрывала заднюю стенку моего горла. Я проглотила, зная, что одна упавшая капля повлечет за собой больше последствий. Только люди, которые говорят, что ты привлекаешь больше пчел на мед, никогда не были биты.

Только однажды я отказалась глотать. Мои тренировки в юности научили меня многим вещам, о том как быть женщиной, но конкретно по этому вопросу уроки отсутствовали. Я была застигнута врасплох струей спермы. Меня стошнило, и я выплюнула ее. В ту ночь моим наказанием было глотать от всех мужчин, работающих на Карлоса. Этот урок я выучила хорошо.

Мягкий гудок проник под завесу, которую мой мозг воздвиг, отгораживая меня от реальности, безобидный сигнал мобильного телефона не сочетался с отвратительным запахом крови и ярости, витающим в воздухе.

― Тайлер. Ты еще не вернулся? ― рявкнул Карлос. ― Хорошо. Я поднимусь через минуту.

Он отключился, и его ботинки затопали от меня. Он ушел без слов, хлопнув дверью, погружая меня во тьму. Я опустила голову и спряталась.

* * *

Моя челюсть окаменела, словно сомкнутая на замок. Лишь тихое постанывание выскальзывало изнутри ― от меня ― сообщая, что я жива. Мне не хотелось двигаться. Даже в коконе забвения, я понимала, что как только приду в сознание, как только пошевелю мышцами, боль нанесет ответный удар. Нетерпеливая владычица боль будет слишком усердно наверстывать время, упущенное в грезах.

Но тело продолжало жить. Я рано усвоила этот урок. Вернется ли он обратно? Неужели мое наказание закончено? Господи, пусть так и будет.

Я не находилась в подвале. Не было запаха крови и кожи. Я предположила, что Карлос отправил Лео вниз освободить меня, и отнести обратно в комнату. Я лишь надеялась, что он не дал Лео согласие использовать меня первым, как он поступал иногда.

Мои глаза резко распахнулись, сигнализируя о сотрясающей боли, прошедшей сквозь меня и накрывающей тошноты. Как ни странно, я возвращалась к жизни.

― Ш-ш-ш, я рядом, ― услышала, как Тайлер утешал меня сквозь жалостливый всхлип, исходящего от меня.

Он ласково поглаживал мое лицо рукой, успокаивая, но тщательно выбирая траекторию, словно избегал синяков, как колючие заросли кустарника. Мне никогда не хотелось, чтобы он видел меня такой.

Я снова попыталась заговорить. Вырвался хриплый звук.

― Тише, отдыхай. Все хорошо.

Он прозвучал уверенно, но я должна знать.

― Где он?

― Его здесь нет, не волнуйся, ― но заверение вышло на грани.

Я беспокойно металась в постели, вытаскивая боль от каждого кровоподтека.

― Где он? ― прошептала я снова.

― Он уехал на встречу с поставщиками. Попытается утихомирить их, ― Тайлер сделал паузу. ― Мы вытащили парня. Ты сделала это, ― в конце его голос надломился.

― Господи, ― произнес он больше всхлипом, чем словом. ― Я думал... я никогда не думал, что он так поступит. Почему, Мия? Почему ты осталась?

― И куда бы я пошла?

Это был риторический вопрос, дерзкий, но больше всего приближенный к истине. Моргнув, я узнала рейковый потолок склада, который я называла домом, открытые стропила и трубы, покрытые пылью, как мох на дереве. Простыни не были скользкими в отличие от шелка Карлоса или наоборот грубыми, как потрепанное белье в моей кровати. Эти мягкие, как в сказке про "Трех медведей", то что нужно. Я предположила, что мы в комнате Тайлера в пристройке, хотя как он вытащил меня из подвала, я понятия не имела.

― Но... черт, Мия. Я думал, он мог трахнуть тебя. Или может даже ударить, если начать размышлять. Но не это. Твоя спина... ― в его глазах застыл ужас от того, что со мной сделали, умоляя понять, поэтому я искала больше конкретики во взгляде.