Намечая свой дальнейший путь, Климов рассчитывал еще и на то, что Петру удалось забраться в гараж шахтоуправления и слить кислоту из всех аккумуляторов. Теперь машины, находившиеся там — «икарусы», «ЛИАЗы», два тяжелых тягача — стояли на приколе.

Схватка предстояла серьезная, опасность смертельная.

Сзади — мрачный силуэт «дробильни», поваленные набок вагонетки, трава в рост человека. Кругом — опасность, шорохи ненастной ночи, ветер, сырость, сплошная чернота угрюмых скал, горных отрогов. Впереди — забор и мастерские шахтоуправления, за ними — двор и несколько подходов к зданию.

Климов включил рацию.

Ультракоротковолновые сигналы разносили по секретному диапазону позывные и отзывы, приказы и распоряжения, но о главном молчали: о результатах переговоров террористов с правительством.

— Черемуха, я Медик. Что там в руднике?

— Пока спокойно.

— Возможно нападение двух психов. Стреляйте без предупреждения. Они мне не нужны.

— Квадрат, я Чистый. Выслал подкрепление.

— Отлично.

— Двенадцать человек будет достаточно?

— Вполне.

— Могильщика — живьем. Не добивайте.

— Понял.

— Я ему зенки высморкаю, падле. А потом, — в динамике раздался хохот Чистого, — устрою «живой факел», маленький такой аттракцион на два часа.

Климов усмехнулся. Жажда власти и алчность всегда идут бок о бок, но чаще к жажде власти примешивается садизм.

«По идее, сейчас в здании находится человек восемь, — определил для себя Климов. — Самое большее — десять, вместе с Медиком».

Слакогуза он причислил к уголовникам.

Напряженно всматриваясь в темноту, Климов подкрался к зданию шахтоуправления со стороны гаражей, зашел с тыла и, памятуя о том, что забор на то и забор, чтобы в нем была дырка, вскоре обнаружил нужный лаз.

Перекинув автомат за спину и держа пистолет у пояса, бесшумно двинулся вдоль цокольного этажа. Миновал один выход, один выступ, один каменный простенок, обогнул вторую дверь, второй простенок… резко присел, метнул взгляд в сторону, назад… послушал… Никого… двинулся дальше…

Краем глаза уловил тень на стекле, мгновенно отскочил, перевернулся через правое плечо и в прыжке нанес яростный удар ногами в пах — сбил нападавшего. Выпучив глаза, тот безвольно рухнул на землю, заскреб пальцами, и Климов сильно саданул его ботинком по виску. Быстро обыскал, нашел фонарик, пристегивавшийся карабином к поясу. Обрадовался нужному трофею. Глянул вверх, увидел поручни пожарной лестницы. Подпрыгнул, ухватился за нижнюю перекладину и рывком подтянул тело.

На уровне третьего этажа дотянулся ногой до карниза, встал на узкий выступ, припал к стене. Медленно, на выдохе, шаг за шагом стал пробираться вперед, чуть дальше, еще дальше… Каска мешала, заставляла держать голову подальше от стены, и автомат казался лишним — тянул вниз.

Равновесие Климов удерживал с трудом. Отвык лазить по стенам.

Добравшись до балкона, перевалился через поручни, присел… Все тихо. Климов облегченно выдохнул, взял пистолет наизготовку и включил фонарик. В кабинете было пусто. Узкий луч высветил стены, стол, диван, простые стулья, ткнулся по углам, нащупал дверь… Климов выключил фонарь, сунул его в карман и начал выставлять стекло из рамы.