Изменить размер шрифта - +

«Стыдно сказать, жемчуг моей матери кажется пустяком по сравнению с этим», – заметил он.

Она засмеялась, он прижал ее к себе и поцеловал. Сару Вайтфилд окружали прекрасные вещи, и она прожила чудесную жизнь. И она была необыкновенной женщиной.

Когда наконец Сара отвернулась от окна, она услышала, как первый автомобиль проезжал последний поворот аллеи. Это был черный «роллс‑ройс» с затемненными окнами, и она не могла разглядеть, кто в нем сидел. Автомобиль остановился прямо перед главным входом замка, почти под ее окнами, и, когда водитель вышел и поспешил открыть дверь, она в изумлении покачала головой. Ее старший сын выглядел, как всегда, великолепно и очень, очень по‑английски, пытаясь в то же время скрыть беспокойство, когда вслед за ним из автомобиля вышла женщина в белом шелковом платье и увешанная бриллиантами, ослепительно сверкавшими на солнце. Она снова улыбнулась, отходя от окна. Это было только начало… нескольких сумасшедших волнующих дней… Трудно поверить… она не знала и могла только предполагать, что подумал бы обо всем этом Вильям… вся эта суета по поводу ее семьдесят пятой годовщины… так много и так скоро… Казалось, что промелькнули только мгновения с тех пор, как все началось…

 

Глава 2

 

Сара Томпсон, родившаяся в Нью‑Йорке в 1916 году, была младшей из двух дочерей Эдварда и Виктории Томпсон и несколько менее удачливой, но исключительно приличной и уважаемой кузиной Асторов и Биддлов. Ее сестра, Джейн, в девятнадцать лет вышла замуж за Вандербилта. А ровно через два года Сара была обручена с Фредди ван Дерингом, это произошло в День благодарения. К этому времени ей тоже исполнилось девятнадцать, а у Джейн и Питера как раз родился первый ребенок, маленький мальчик со светлыми локонами, названный Джеймсом, которого они обожали.

Обручение Сары с Фредди не было большой неожиданностью для ее семьи, так как все они знали ван Дерингов не один год, и хотя Фредди много лет провел в пансионе, они не раз видели его в Нью‑Йорке, когда он готовился в Принстон. Он окончил его в июне, в том году, когда они обручились, и был в приподнятом настроении в связи с этим знаменательным событием, но он при этом ухитрился найти время ухаживать за Сарой и обручиться с ней. Это был смышленый, живой юноша, всегда подшучивающий над своими друзьями. Он редко был серьезен и всегда шутил. Сару трогало его внимание и забавляло, что он всегда в хорошем настроении. С ним было весело, легко, а его смех и хорошее настроение передавались окружающим. Фредди нравился всем, и, кажется, никто, за исключением, может быть, отца Сары, не возражал против того, что у него не было амбиций. Но каждому было также хорошо известно, что если он никогда и не работал, то мог неплохо жить за счет семьи. Тем не менее отец Сары считал, что для молодого человека важно заниматься каким‑то делом независимо от того, как он удачлив и кто его родители. Сам он владел банком и как раз перед обручением имел беседу с Фредди о его планах на будущее. Фредди заверил его, что имеет намерение приняться за какое‑нибудь дело. Ему действительно предложили превосходное место у Моргана и К° в Нью‑Йорке и даже еще лучшее в банке Новой Англии в Бостоне. И после Нового года он намеревался принять одно из этих предложений, что вполне удовлетворило мистера Томпсона, и он согласился на официальное обручение, которое и состоялось вскоре.

В том году у Сары выдались веселые каникулы. Они бывали на бесконечных вечеринках, танцуя почти до самого утра. Катались на коньках в Центральном парке, обедали и ужинали в ресторанах. Сара заметила, что Фредди много пил, но независимо от выпитого он оставался умен, вежлив и очарователен. Все в Нью‑Йорке обожали Фредди ван Деринга.

Свадьбу назначили на июнь, и к весне Сара разрывалась между примерками подвенечного платья, вечеринками, которые давали друзья, и свадебными приготовлениями.

Быстрый переход
Мы в Instagram