Так что, возможно, с самого начала болезнь не была опасной, но оказалась достаточным предлогом для того, чтобы эти две женщины захватили власть над Каролинусом. Затем банда бродяг каким‑то образом прослышала об этом и прибыла сюда, так как наверняка было известно, что лечение Элли и Эльдры только ухудшает состояние Каролинуса.

Они знали, что он слабый старик, более того, его тело не сможет долго выдерживать такое надругательство и вскоре он окончательно сдастся. Хорошо, что Джим, Энджи и их воины добрались сюда вовремя. На самом деле хорошо, что чайник вовремя сообщил об этом. Морель не мог помешать чайнику – его молитвы останавливали только новую магию.

Но, какую бы магию ни попробовал Джим, она не подействует. Так что использовать ее он не сможет. А это означает, что придется просто‑напросто пробиваться. А сделать это, да еще с Каролинусом на носилках, непростая задача, потому что шайка попытается убить Каролинуса в разгар битвы.

Однако если хорошенько подумать, то лучше убедиться, что магия не действует, прежде чем сбросить ее со счетов. Он подозвал к себе Энджи и Теолафа и нахмурился, увидев, что отец Морель, без приглашения, тоже двинулся к нему. Нахмуренные брови Джима остановили Мореля.

Теолаф и Энджи наклонились к нему, и Джим прошептал:

– Отойдите от меня и дайте мне место. Я попробую превратиться в дракона.

Оба кивнули и отошли. Морель выглянул из двери домика и попытался приблизиться к ним, но Теолаф вытянул руку и без всяких церемоний втолкнул коротенького человечка обратно. Джим мысленно составил привычное заклинание.

Я В ОБЛИЧЬЕ ДРАКОНА, ОДЕЖДА ИСЧЕЗЛА НЕПОВРЕЖДЕННОЙ – НЕМЕДЛЕННО!

Он стоял там же, где и был. Ничего не случилось. Он остался Джимом Эккертом, и ничто в нем не напоминало дракона.

Что ж, значит, пусть так оно и будет. Он взглянул на Энджи и Теолафа, которые с надеждой смотрели на него.

– Я все объясню позже, – совершенно открыто громко сказал он.

Итак, им не проложить себе путь при помощи магии, но они вряд ли смогут пробиться при соотношении сил один к четырем, да еще неся носилки с Каролинусом.

Только меч или воля могли решить дело. Что сделал бы славный рыцарь четырнадцатого столетия, такой, как сэр Брайен, в подобной ситуации?

Глава 4

Конечно же!

Внезапно Джима осенило. Что сделал бы Брайен, так это взял бы заложников!

Сомнительно, что две знахарки являются достаточной ценностью как заложники. С другой стороны, есть еще отец Морель. Джим привлек к себе Энджи и проговорил ей в ухо так тихо, чтобы никто из находящихся в комнате не услышал:

– Ты распорядилась, чтобы кто‑нибудь отправился за нами, если мы вскоре не вернемся?

– Нет, – ответила она. – Конечно же, Ив Морген пошлет кого‑нибудь завтра утром; ручаюсь, что он отправит соответствующее подкрепление. Но мне не нравится идея провести здесь ночь, особенно с Каролинусом в таком состоянии. Я думаю, надо перевезти его в замок как можно скорее. Согреть, накормить и начать по‑настоящему лечить.

Джим кивнул, и Энджи пошла взглянуть на Каролинуса, в то время как Теолаф, держа в руке обнаженный меч, хмуро смотрел на Элли, на случай, если она или ее сестра посмеют вмешаться.

Джим задумался.

Он мог отозвать своих воинов со двора в дом и просто закрыть дверь и запереться. Магическое заклятие, которое Каролинус наложил не только на дом и двор, но и на всю лужайку, было надежнее защиты любого неприступного замка, который только можно себе представить. Снаружи не так‑то легко сюда проникнуть, хотя стены дома и выглядят так, будто их можно пробить кулаком. Жилище мага так просто не сдастся.

Но есть и другая точка зрения: Энджи считает, что Каролинуса надо как можно скорее увезти отсюда. Джим не мог с этим не согласиться. Старый маг находился на пороге смерти.