А даже воспользуйся они ее помощью, уж ни за что не стали бы с ней возиться, начни это хоть в малейшей степени угрожать их драгоценному долгу или не менее драгоценным планам.

Наверное, еще каких-то пару лет назад я сам был таким. Или не был?…

Помнится, я особенно над мотивами своего в высшей степени великодушного, даже родственного отношения к шаманке не задумывался. Не знаю. Когда тебе какое-то время приходится пребывать в шкуре бога, быстро понимаешь, что люди — это только люди. Ну и ты только человек. Доброе отношение — единственная валюта, цена которой, меняясь от легчайшего дуновения ветерка, тем не менее, всегда по большому счету остается неизменной.

Вия, прижавшись к моему плечу, уже не плакала, только тихо вздрагивала, как от икоты. Слезы в ней уже кончились, а рыдания еще нет. Такое случается.

— Милая, ну почему ты плачешь… — ласково приговаривал я, поглаживая ее по волосам. — Из-за ритуала, что ли?… Ну так бог уже ушел, и я постараюсь, чтобы он больше не вернулся… постараюсь… честное слово…

Нет, вот идиот, честное слово! Нашел о чем на ночь глядя говорить.

Она тотчас едва ли не гневно оттолкнула меня. Шаманка больше не плакала, она прямо-таки стремилась убить меня взглядом.

— Да что ты можешь понимать?! Молодой господин, лучше бы ты убил меня!

— Что?… — я слегка опешил. До сих пор Вия величала меня «милордом» — все правильно, я был явно не родовитее ее, — но никак не «молодым господином» — все-таки ее мать принадлежала к знатному роду.

— Лучше бы ты убил меня… — тихо сказала она. — Как убил моего бедного племянника… или когда мы прощались там, на тропе.

Показалось мне, или нет, что этот странный голос, когда-то так легко ставший мальчишеским, теперь почти идеально имитировал надтреснутое контральто Сумасшедшей Хельги?… Показалось или нет?…

— Хельга?… — удивленно спросил я.

— Не только, — глазами Вии на меня смотрела вечность.

— Но как?!

— Как только Хельга проводила вас, она пошла на утес Скотья Погибель — там есть такой. И бросилась вниз.

Я услышал, как за стенами таверны пошел дождь. Сразу и вдруг, как будто отворили заслонку в плотине. Капли шуршали в соломенной крыше, бились о деревянные рамы и ставни…

Вот странно, одна капля падает совершенно незаметно. Не услышать. А когда их много…

— Хотите, я все вам расскажу?… — почти сердито сказала Вия. Она села по-другому, подтянув к себе колени и обхватив их руками. — Вот честное слово, до того достало это все в себе держать… — всхлипнула. Я подумал, что ей, небось, здорово хочется, чтобы я ее снова обнял, но она скорее даст себе язык вырвать, чем в этом признается.

— Все ты мне все равно не расскажешь, — усмехнулся я. — Спорим, не знаешь, где раки зимуют?

— Отчего ж не знаю, я там сколько раз бывала… — она поддержала попытку пошутить, но не улыбнулась. — Все и в самом деле не расскажу. А вот причину сегодняшнего рева — извольте. Если вам, конечно, интересно.

— Все равно я должен тебя слушать, — я пожал плечами. — Видимо, судьба у меня такая.

— Судьбу вашу истолкую вам не я, — серьезно сказала шаманка.