— Да?

Мисс Янсен просовывает голову в приоткрытую дверь.

— Привет, Эллис. У меня тут студентка, которая хочет с тобой поговорить. Есть время?

Успокойся. Улыбайся.

— Да, есть. Через пять минут, хорошо?

Она кивает, но я вижу, как в ее глазах мелькает любопытство. Я просто стою посреди кабинета. Как зомби. Она закрывает дверь.

Я шепчу проклятие. Медленно сажусь за стол. Мне требуется несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями.

Я сосредотачиваюсь.

Это одна из начальных стадий НЛР. Я вижу признаки, но всеми фибрами души отрицаю происходящее. Я испытываю чувства к Картеру. Разве это не еще один знак? Что нам суждено было найти друг друга?

Подави эмоции логикой.

Если чему-то суждено случиться, это произойдет без моего участия.

Единственная опасность в том, чего это мне будет стоить.

Я не могу вызвать подозрений, а слухи о том, что школьный психолог тесно общается с учеником, определенно привлекут ненужное внимание.

Разумнее всего будет передать дело Картера другому психологу. Я не могу находиться рядом с ним. Мне нужно прекратить все связи.

Поднимаю телефонную трубку, чтобы позвонить секретарю, но потом кладу ее обратно.

Картера бросили родители, отправив в эту школу. Я не буду так же жестоко с ним поступать. А скажу ему лично, что больше не могу быть его психологом.

Но именно этого ты хочешь.

Хлопаю ладонями по столу, чтобы успокоить внутренний голос. Я контролирую ситуацию. Я покончу с этим, пока все не зашло слишком далеко.

Глава 4. Преданность

Эллис

Некоторые люди могут быть изолированы и оставаться психически здоровыми, стабильными. Другие… полностью теряют связь с реальностью.

Некоторые исследования последствий изоляции утверждают, что риски для здоровья сравнимы с курением сигарет и ожирением. Люди, которые страдают от длительных периодов изоляции и осознанного одиночества, подвергаются более высокому риску заболеть и умереть.

Удивительно, что простое одиночество может свести человека с ума. Насколько сильно нужно презирать себя, чтобы прям возненавидеть? А потом эта ненависть проявляется в заболевании или смерти, положив конец страданиям.

Я на другом конце спектра. Сказать, что толпа заставляет меня нервничать, было бы преуменьшением. Весь этот галдеж, пристальные взгляды и необходимость соблюдать этикет… утомляет.

Сегодня в академии день гордости, студенты и преподаватели собираются в актовом зале, чтобы принять участие в собрании, который проводит мистер Ди. Вся школа. В одном помещении.

После объявления мистера Ди о том, что футбольная команда должна победить наших врагов, на сцену выбегают болельщицы в красно-черной форме, а за ними следует наш бесстрашный талисман — пума.

Раздаются аплодисменты и крики, и от гулкой акустики большого зала у меня начинает кружиться голова. Я будто стою под люминесцентным светом. Чувствую себя сбитой с толку, отстраненной. И это вызывает панику настолько сильно, что я боюсь сказать что-то не то, или сделать.

Ухожу от коллег и направляюсь в дальний конец аудитории, где при необходимости могу выскользнуть в коридор и скрыться от шума.

Я нахожу укромный уголок между трибунами. Во время выступления на сцене в зале становится темнее, и я начинаю расслабляться. Мне просто нужно знать, что поблизости есть возможность сбежать. В любой ситуации. От страха оказаться в ловушке у меня кружится голова и колотится сердце.

Я с интересом смотрю представление, которое устраивают чирлидерши и танцевальная команда, неуклюже хлопая вместе с остальными, когда чувствую осторожное дуновение на затылке.

Затем:

— Прошлой ночью ты мне приснилась.