Но вот в призрачном свете луны она увидела сверкающие огнем зеленые глаза и поняла, что погибнет. Это была собака, привезенная ее мужем из чужих краев, и она была самой злобной во всей псарне. Ее боялся даже муж. Собака не признавала его своим хозяином. Он несколько раз собирался ее застрелить, но ему было жаль заплаченных за нее денег. После некоторых колебаний муж поселил собаку отдельно в будке в самом дальнем углу парка.

Кимберли хотела свернуть вправо, чтобы обогнуть собачью будку, но сзади послышался мужской смех и пьяный голос. Она его тотчас узнала. Это был голос мужа.

— Мы ее поймаем. Дура, она побежала прямо в пасть Клео! — говорил он кому-то.

Кимберли остановилась. Бежать дальше не имело смысла. Все, она погибла! Медленно она опустилась на землю и тут же почувствовала дыхание собаки. Кимберли закрыла глаза и приготовилась к смерти. Но собачья пасть не торопилась сомкнуться на ее шее. Кимберли приоткрыла глаза и посмотрела на собаку. Та стояла рядом с ней и внимательно ее изучала.

— Клео, собачка ты моя хорошая, что же мне теперь делать? — неожиданно взмолилась Кимберли и протянула к собаке руку.

Через секунду она опомнилась и хотела уже отдернуть руку, но собака нагнула голову и сама подставила ее под ладонь Кимберли, И она, не соображая, что делает, стала гладить собаку. Так прошло несколько минут. Краем глаза Кимберли увидела поблизости будку и в то же мгновение поняла, как может спастись от пьяного мужа.

— Ты же позволишь мне разделить с тобой твое место, а, Клео? — сказала она, протискиваясь в собачью будку.

Клео, словно поняв, что от нее требуется, дала Кимберли устроиться в своей будке и загородила собою вход в нее. Мимо ехали всадники. Впереди скакал ее муж. Клео злобно залаяла.

— Поворачивай обратно, — заорал муж. — Здесь ее точно нет. Видно, она побежала в другую сторону.

— Успокойся, ты в безопасности, все в порядке, — услышала она чей-то голос.

Кимберли открыла глаза. Над ней наклонился какой-то мужчина. Что это с ней было — сон или явь? — подумала она. У нее до сих пор бьется сердце, она даже чувствовала собачий запах в будке. Опомнись, одернула себя Кимберли. У меня нет мужа и никогда не было. Но где все-таки я нахожусь?

Кимберли постаралась сфокусировать взгляд на мужчине. Его лицо показалось ей смутно знакомым. Сейчас оно было внимательным и выражало участие, но она видела его другим. В этом Кимберли была абсолютно уверена. Боже, да это тот самый тип, которого она огрела по голове. О Боже!

У Кимберли вырвался стон, и мужчина наклонился ниже.

— Голова сильно болит? — спросил он и, не дожидаясь ответа, сказал кому-то в сторону: — Принеси лед, Бартон.

— Так это вы... — прошептала Кимберли.

Глаза мужчины сузились. Кимберли видела, что в нем борются два чувства: гнев и сострадание, но победило второе и он с легкой усмешкой проговорил:

— Надеюсь, вы явились сюда не для того, чтобы окончательно прибить меня. Я даже не знаю, чем заслужил ваше негодование.

— Не надо было меня лапать, — сказала она, пытаясь выразить негодование, но фраза прозвучала так, словно она собиралась попросить прощения.

Брови мужчины взлетели вверх.

— Лапать? — удивился он. — Вы такого высокого о себе мнения? У меня и в мыслях этого не было. Если я и дотронулся до вашей, прошу обратить внимание, ничем не примечательной задницы, то только потому, что отчаялся привлечь ваше драгоценное внимание другим способом.